Форум » Наше творчество » Новые приключения во времена короля Людовика XIII (продолжение) » Ответить

Новые приключения во времена короля Людовика XIII (продолжение)

Немо: Благодарю всех Дюманов за вдохновение! Разрешите представить вашему вниманию мое произведение. Очень надеюсь, что оно хоть немного позабавит вас.

Ответов - 75, стр: 1 2 3 All

Стелла: Леночка Я. , выходите замуж за бедуина и я гарантирую вам и гордого мужчину и любовь и всякие приключения с погонями, пленением и прочим. А главное, вы найдете всю гамму ощущений Изабеллы в плену. ( К слову, вас будут любить очень сильно, и если вы себя поведете по-глупому маму с папой уже никогда не увидите.) А глубоко чувствующие мужчины ( как у Немо ) были, есть и будут. Только надо уметь их найти).

Janna: Стелла пишет: Хотя, подозреваю, что и она его могла видеть. Стелла, в живую слушать не пришлось, хотя он и приезжал с концертом в наши края--попасть не получилось. Но в зале было свободного места. Немо Вот вам еще на тему. https://www.youtube.com/watch?v=RkpwdQQcimU

Немо: Как все -таки сильно на нас влияет музыка! И на наше вдохновение! Особенно хорошая музыка! Спасибо за ссылку! И спасибо, что выбрали именно ее. Я прочитал, о чем песня. И ... Как бы выразиться корректно?! Скажу так - как же мало я знаю о человеческих страданиях... Хоть и пишу о них. Janna! Вы помогли мне стать чуточку проницательней.

Janna: Немо, это хорошо, что вас это затронуло. Увы, к сожалению, глобальные проблемы не решить музыкой и фиками. Но если кто-то о чем-то узнал, это тоже плюс.

Стелла: Немо , вы пишете не о истинных чувствах. У вас, простите меня- бутафория человеческих отношений. Все условно, прилизано и сладко. Это - ряженые в карнавале , посвященном условному 17 веку. Потому что вы собрали массу интересных сведений, фактов, но это еще не все! У вас так много внимания уделяется умилению одежками, волосиками, мужественным мужчинам и красавицам, что создается впечатление, что основное для вас- воспеть Изабеллу устами де Силлега. Или найти повод для ревности де Арамисеца. Это - как псевдоисторический фильм для юношества. Как все эти голливудовские " Трои", " Александры" и прочая.

Стелла: А вы обратили внимание, что в песне о берберской любви куда больше от фламенко, чем от чисто бедуинских мелодий. Хотя фламенко и складывался не без влияния арабских мотивов.

Nataly: Стелла пишет: У вас так много внимания уделяется умилению одежками, волосиками, мужественным мужчинам и красавицам, что создается впечатление, что основное для вас- воспеть Изабеллу устами де Силлега. Или найти повод для ревности де Арамисеца. Это - как псевдоисторический фильм для юношества. Как все эти голливудовские " Трои", " Александры" и прочая. *рыдая* Стелла, вы найдите хотя бы один фанфик без вот этого самого! Не сушествует таких фиков в природе). У вас ведь тоже Атосом кто только не любовался, ммм?,

Стелла: Nataly , да не в самом умилении дело! Ну, сладенько все описано. Сюжет раскручен, но не теми словами. Слова! Ну, не могу я, когда сюсюкаются и рыдают. Не верю я таким горестям. А я и не отрицаю, что у меня Атосом любовались. Если сам Дюма это делал, чего нам по его стопам не идти? ( Вот подождите, мы с вами за столом еще пообщаемся на эту тему!)

Nataly: Стелла Потому, что у Дюма на огромную трилогию два-два!- очень спокойных описания внешности, оба раза в восприятии гасконца и ни одного восторженного аха или оха сверх того, тем более от других персонажей. Равно как и в отношении остальных героев. Имейте совесть кроме аппетита)))

Nataly: "Ну, не могу я, когда сюсюкаются и рыдают. Не верю я таким горестям." А это называется особенности личного восприятия.

Леночка Я.: Немо, вы молоды и талантливы! Пишите и радуйте нас! И договаривайтесь о сериале! Я готова сняться в роли Изабеллы!

Немо: Благодарю!

Немо: Глава 54 Но сражаться, к счастью, не пришлось. Берберы не пропустили неверных в оазис. Наши герои провели в селении еще неделю. Изабелла без слов приносила бальзамы виконту де Сент –Левье, предоставив, впрочем, все остальное умелым рукам берберам. Виконт принимал ее помощь равнодушно. После памятного разговора с французами, он молчал почти все время, произнося несколько слов только во время визитов капеллана Клода де Буркена. В один из дней женщины селения принесли Джулии осколок зеркала. -Король Людовик не пустит меня в Лувр! - вскричала Джулия с ужасом, жадно прильнув к зеркалу. – Мой вид чудовищно неприличный! -Вот что, сударыня! - воскликнул де Арамисец сердито, едва услышал ее неосторожные слова. – В Париже я запру вас в спальне, слышите?! -Я поступлю так же, - с ноткой гнева в голосе добавил де Силлек. – Как только мы окажемся в море, никаких приключений, г-жа графиня, обычная скучная супружеская жизнь без потрясений и страстей! -О нет! - горячо возразила Изабелла. -Да! Хватит нам приключений! -Вы, ангел мой, сами обожаете странствия! Мы с вами, кажется, и встретились во время одного из них. Вас всегда манили неизведанные земли, вы – путешественник в душе, Арман! -Да и вы такая же, родная, - заверил ее де Силлек, - у вас очень неспокойный характер, хоть вы порой и утверждаете обратное. Вы обожаете свой дом, семью, детей, друзей.. -Вас! - вставила Изабелла задорно. -…но вас с детства привлекали менестрели и крестоносцы. Только при условии, что в окно дует свежий ветер, вы счастливы. Вы никогда не боялись странствий, Изабелла. Они живут в вас, как в любой настоящей женщине, верной спутнице мужчины. И оттого я люблю вас еще больше! На побережье Лараша наши герои выехали черные как берберы. Им, через знакомство мальтийских рыцарей с местными торговцами, удалось нанять небольшой корабль. Через неделю они увидели Мальту и высадились в порту Валетты. Город был основан магистром Ордена Жаном де ла Валлетта, который почти 100 лет назад отразил нападение войск Сулеймана Великолепного. Французы приняли приглашение своих новых друзей и посетили Кафедральный собор Святого Иоанна, в котором нашли упокоение Великие магистры и прославленные рыцари Ордена. -Не знаю, - поделилась Изабелла опасениями с де Порто, когда они вышли оттуда на яркое солнце. Надпись на плите у собора: «Идущие по мертвым, знайте — когда-нибудь пройдут и по вам», настроила ее на меланхолический лад. - Смогу ли я еще когда-нибудь без дрожи увидеть море? -Сможете, дорогая графиня, я ручаюсь за вас! И за себя! Я, например, столько всего увидал за эти месяцы, но ничего уже не помню! Черт возьми, как мне хочется домой, в Париж! -А я вот что скажу! - встрял в разговор де Батц. – Всем, у кого хватает духа перенести неволю, хватит мужества забыть ее. Прощание с рыцарями мальтийского ордена вышло сумбурным. Виконт де Сент –Левье, почти не разговаривавший с французами все плавание на Мальту, сейчас едва обменялся с ними поклоном. Но напоследок все-таки подошел к Изабелле и протянул ей необычный золотой перстень с кроваво- красным рубином. -Вы спасли меня в пустыне, сударыня, - тихо сказал он. –Если однажды вам понадобиться помощь нашего Ордена, мы окажем вам ее. Возьмите подарок, окажите мне эту услугу. Он холодно глядел на нее. Изабелла с трудом отыскала в его взгляде сожаление о чем –то потерянном навсегда, и приняла подарок. Рыцарь легко сбежал по трапу на берег и, не оборачиваясь, исчез в толпе. Через два месяца наши герои въезжали в Париж. Город встретил их с радостью. И радость царила в их сердцах. Они с удовольствием праздновали свое возвращение к обычной жизни. Будто вознаграждая себя за долгое пребывание на востоке, наши герои дали несколько приемов. На одном их них, у четы де Силлек, во время танца, Джулия пожаловалась мужу: -Я больше ни хочу видеть море! -Дорогая, я вас и так никуда больше не отпущу! -Ну да! Узнаете, что случилось со мной, и увезете меня! -А в чем, собственно, дело? -Любопытство - грех! – назидательно заметила Джулия со смешком. -Самый невинный грех! - намекая на нечто интимное для них, прошептал де Арамисец. -Самый невинный? -Конечно, несравненная моя! Я закоренелый грешник, как вы знаете! -Прекратите мне намекать на эту вашу… -На кого же? -Тогда я вам ничего не скажу! -Тогда я поцелую вас при всех сейчас! -Ах! -Ну конечно! Представляете, Жули, какие лица будут у гостей, пусть они даже и привыкли к нашим чудачествам? Де Батц заскрипит зубами от ревности! -О господи! Я замужем за безумцем! -Конечно, любовь моя! Джулия смеялась. Она была на седьмом небе от счастья. Она обожала их такие шутливые дуэли. -Хорошо! – капризно сказал она. – Я очень рискую, ибо знаю, через пять минут после моего сообщения, вы поклянетесь увезти меня в Марсель! -В Марсель? – изумился он. -Да! -А почему в Марсель, позвольте поинтересоваться? Что- то я не припомню что у нас там… Де Арамисец вгляделся в лицо жены и глаза его вспыхнули. -Я увожу вас в наше поместье, когда вы… -Тише, сударь, умоляю! -Так значит… Джулия слегка покраснела. -Только не целуйте меня при всех! – прошептала она застенчиво. –Де Батц рассердиться… -Вы решили мне подарить еще одну дочь…- пошептал он с непередаваемой нежностью. Джулия ослабла от его слов и прижалась щекой к его плечу. Продолжение следует...

Немо: Глава 55 -Послушайте, де Дромоль, почему бы вашему брату самому не приехать сюда, не ожидая, пока вы найдете для него вакантную должность при дворе? –сказал де Силлек. –Право, я не удивлен, что вам ничего для него не найти –никто в глаза не видел вашего младшего брата. -Он очень достойный дворянин. -Охотно верю. По позволю себе напомнить вам мудрые слова г-на де Тревиля: "Гоняясь за г-жой удачей, нужно хотя бы изредка ей показываться, чтоб она узнавала вас". Изабелла полулежала в алькове, опираясь спиной на многочисленные подушки. Она должна была родить уже через месяц, но еще принимала друзей. Она вздохнула – Джулия месяц назад подарила де Арамисец двух очаровательных девочек - Маргариту и Шарлотту, что дало ей повод весело жаловаться: "Г-н герцог и здесь устроился отлично: в доме его окружает невообразимое количество женщин. Все крутятся вокруг, ласкают, зовут играть и требуют целоваться!" Изабелла завистливо вздохнула – она никак не могла дождаться даты родов, когда, наконец, сможет порадовать любимого мужа. Изабелла незаметно положила руку на живот. Она носила его ребенка. Ах, как гордился ею де Силлек, как оберегал, даже отказался от вызовов на службу. Конечно, они долго решали, как назвать ребенка, но пока так и не придумали - слишком много окружало их достойнейших людей, чье имя они хотели бы дать дитя. Она медленно перебирала шелковые нитки в шкатулке, не вмешиваясь в мужской разговор. Ей нравилось незаметно наблюдать за мужем, упиваться восхитительной мыслью, что сердце этого благородного человека принадлежит только ей. Иногда она его в чем –то даже опасалась, ибо он всегда знал, что хочет и как этого добиться. Примером служил их безрассудный побег из Марокко. Он всегда был как бы сам по себе, как сейчас, беседуя со старинным приятелем. Изабелла улыбнулась. Он сегодня одел ее любимый светло–коричневый камзол, украшенный только посеребренным галуном, который так шел его глазам, и ей смертельно захотелось обнять мужа. Де Дромоль вскоре встал, прощаясь. -Вы, наверно, правы, милый граф! Я напишу брату. Дорогая г-жа Изабелла, когда вас можно будет поздравить? Изабелла подарила ему ослепительную улыбку. -Должно быть, через месяц, дорогой друг. Передавайте мое почтение баронессе Хелене. Так звали его очередную возлюбленную. -О конечно! -Я очень рада вашему визиту, сударь. Посещайте нас чаще. -Я бы рад, но вы сами знаете, отчего я не смею приходить каждый день… Изабелла протянула ему для поцелуя руку. Едва де Дромоль удалился, де Силлек закрыл за ним дверь на ключ. -На сегодня визитов достаточно! - заявил он решительно. -Вы устали, дорогая! И я хочу остаться с вами наедине. -Ах, я ужасно выгляжу! Я стала такой некрасивой… Он коснулся пальцами ее щеки. Его ласковое и властное движение вызвало в ней бурю эмоций. -Ты- прекраснейшая из женщин, а для меня- единственная. -Я счастлива, что у нас такие хорошие друзья, –призналась Изабелла. –Что они не оставляют меня! -Ох, любимая, была бы возможность, они устроили бы прием у нас и не отходили бы от вас ни на шаг. Кому знать об этом, как не мне. -Ах, вы немного преувеличили, не правда ли? Он тепло улыбнулся. -Нет, ангел мой. Я сказал чистую правду! Он сел ближе, положив руку на ее приподнятое колено. -Сколько я выслушал признаний в любви к вам в те дни, когда вы еще не обращали на меня внимание, сколько просьб о совете. Тот же Дромоль спрашивал у меня - у меня!- как завоевать ваше сердце! Прознав о вашей любви к поэзии трубадуров, он однажды притащил мне целую книгу Маркабрюна и потребовал найти стихи получше! Тогда я узнал впервые, почему люди сходят с ума от ревности! -Так это вы тогда выбрали ему стихотворение?! А я, наивная, восхищалась, насколько хорошо де Дромоль знает меня! -Я тайно надеялся, что вы догадаетесь, что это не он, а я люблю поэта Маркабрюна! -О, боже, Арман, - изумилась Изабелла. – Мне вы всегда казались холодным и это, помню, ужасно терзало меня. Я плакала ночами напролет. -Правда? – в восторге переспросил он. – А мне об этом не говорили, родная! -Ах, г- н граф, вы, по-моему, все время сомневаетесь в моей любви к вам. Похоже, вам мерещиться, что, стоит только мне остаться с кем-нибудь наедине, я сразу же влюблюсь в этого человека! Он сделал вид, что задумывается, но глаза его смеялись. -Изабелла,- прерывистым голосом произнес он. – Как странно, но ни с одной женщиной в мире я не испытывал такой свободы быть самим собой, никто на свете не мог бы мне дать то, что подарила ты, мой ненаглядная. Я и не думал, что на свете существует такое полное счастье и доверие. И даже все горькие слова нашего друга виконта де Сент –Левье не может поколебать мое доверие к вам! Раздался стук в дверь, но ни граф, ни Изабелла не собирались прервать поцелуй. Изабелла только крепче прильнула к мужу. -Негодные слуги! – шепнул ей Силлек между поцелуями. – Я же ясно дал понять, что не желаю никого видеть. Стук возобновился через несколько минут. Они обнялись, как застигнутые врасплох любовники и, поняв это, рассмеялись. -Ах, как красивы вы, мое сокровище! Он умело распустил ей волосы. -Арман, мне никогда не хочется видеть – я будто вознаграждаю себя за те дни, когда мы были жестоко разлучены. Если б вы знали, какой ужас я тогда испытывала каждую минуту! Она прижался лбом к его плечу. О, на этой груди она спала, эти руки поддерживали ее, а губы утешали. Как же прекрасна жизнь рядом с этим человеком! За дверью раздались голоса. -Г-н! – шептал Граммон осторожно. -Черт возьми! - возмутился де Силлек, отдаваясь в руки Изабеллы, которая обвила его шею руками и тихонько целовала его ресницы. -Г-н граф! – начал причитать Граммон. – Тут к вам пришли. И слышно было, как он сказал кому- то: -Я же говорю, он никого не принимает. -Г-н граф! – сурово произнес еще кто-то. - Я прибыл от г-на де Тревиля. -Что еще? - крикнул де Силлек раздраженно. -Г-н капитан хочет вас видеть. -Передай, что я не могу прийти. -Тем не менее, г-н капитан просит приехать вас. -Я же сказал, что не могу. Я занят. -Я вынужден настаивать. -Я болен. -В этом случае мне велено просить, чтоб вы приехали немедленно. Де Силлек поднял брови. -Тогда предайте всем, что я умер! Он сказал это так, будто поставил точку. -С ума сойти, что такое! – с досадой добавил он, делая гримасу. – Не найти покоя в собственном доме. Изабелла радостно расцеловала мужа. Она оживилась, словно на представлении. Прикрыв веками блестящие глаза, он гладил ее живот. -В случае вашей смерти г-н капитан просит напомнить вам о 2 сентября 1626 года. До этих слов Изабелла была уверена, что муж не оставит ее. Она сердцем любимой жены чувствовала его железное намерение, и эта решимость вызвал ее тайную гордость. Де Силлек всегда в своих решениях был тверд. Кроме того, только вчера он испросил разрешения взять семейный отпуск, что было ему милостиво даровано. Но сейчас он опустил голову и Изабелле показалось, что тяжелый вздох вырвался из его губ. -Что он сказал такое?- с тревогой просила Изабелла. Сердце ее защемило. Де Силлек погладил ее по щеке, но не поднял глаз. -Изабелла, в тот день, когда я увозил вас из Парижа, чтобы обвенчаться, я испросил разрешения у де Тревиля соизволения оставить Париж, и он отпустил меня, хотя знал, что будет позже выслушивать упреки короля. -И что? Де Силлек невесело усмехнулся, но не снял ладони с ее щеки, словно сделать это было выше его сил. -Я просил его отпустить меня почти в таких выражениях, как он просит меня сегодня. Он исполнил мою просьбу. Изабелла подняла голову. С другим она бы заплакала, возмутилась, но только не с ним. Был бы муж другим, она никогда бы не могла полюбить его. В его глазах она читала понимание. Да, он знал, что любая поступила бы так, но она не вызвала бы в нем любовь и вожделение. -Конечно, поезжайте! – воскликнула его Изабелла. – Г-н де Тревиль рассчитывает на вас, и вы не можете подвести его. К тому же мы оба знаем, что просто так он никогда не потревожил бы нас! Тень легла на его благородное лицо. -Нет! - поняла его невысказанную тревогу Изабелла. – Клянусь, что отлично чувствую себя. Я дождусь вас! Изабелла положила ладонь на его руку и постаралась улыбнуться как можно более спокойнее. -Идите, любовь моя! Мы дождемся вас! -Изабелла! – хрипло произнес он. -Идите, любимый! – стараясь не выдать своей тревоги и отпускать, добавила Изабелла. - Долг превыше всего. Идите и возвращайтесь быстрее! Де Силлек приник к ее губам страстно и жадно. -Прости меня, - едва слышно молвил он. – Как бы мне не хотелось остаться…Ты отчаянно нужна мне каждую минуту моей жизни. -Арман! – в восторге воскликнула Изабелла и обняла его. За ним, как за каменной стеной, она могла уверенно глядеть в будущее, чем может похвастаться одна единственная женщина из всего мира. -Я не могу уйти, – признался он, не отрываясь от ее сладких губ, прижимая жену к сердцу. -Ах, Изабелл, моя любовь, что мне делать? Каждый раз, когда мне приходится оставлять вас, сердце мое мучиться. Я не знал, что так невыносимо быть вдали от вас. Изабелла взяла его руку и страстно поцеловала его теплую ладонь, шершавую от постоянного ношения оружия. -Я вас жду! Жду терпеливо, как полагается верной жене. Но умоляю вас, радость моя, возвращайтесь быстрее! Я лучше всего себя чувствую, когда вы со мной! -Я останусь с вами! Изабелла отрицательно покачала головой. Де Силлек вздохнул и потянул ее за вьющуюся прядь волос, чтоб вызвать ее улыбку. -Поцелуй меня, Арман! Глаза его вспыхнули, он приник долгим поцелуем к ее длинной шее. Изабелла не сдержала стон блаженства и нашла в себе силы шепнуть: -Идите, Арман, умоляю. Де Силлек так резко опустил руки, что Изабелла почувствовал себя обездоленной. Слезы навернулись ей на глаза. -Черт возьми! – выругался де Силлек. - Нигде не найдешь покоя. Он с явным отвращением к своему решению начал медленно надевать камзол. -Изабелла! – внезапно сказал он. – Не глядите на меня так. У меня пропадают силы. -Только быстрее! Она собственническим жестом оправила ему воротник. Он покачал головой: -По-моему, вы меня приворожили! Я и шагу от вас не могу сделать! -Родной, я сейчас на коленях стану умолять вас не уходить. Он, светло улыбаясь, вышел. Изабелла вздохнула, словно предчувствуя тяжелую разлуку. Продолжение следует...

Леночка Я.: Мы сейчас живем как-то скучно! Информации о-о-чень много, событий много, а чувств мало, вроде как! Раньше -то , давно, как любили, как восхищались женщинами!

Немо: Глава 56 Де Силлек так спешил, что посланник капитана еле успевал за ним. Не желая задерживаться, де Силлек спешился у дома де Тревиля со стороны улицы Лафонтен и прошел по черному ходу. У де Тревиля были посетители, но де Силлек приняли незамедлительно. Де Силлек привычно застыл перед дубовым столом. Де Тревиль заметил, что мушкетер встал так, чтоб видеть часы над камином. -Здравствуйте, сын мой. Как здоровье г-жи Изабеллы? -Благодарю вас. -Мне очень жаль, сын мой, что я вызвал вас. Мне менее всего хотелось бы расстраивать мою племянницу, да еще в таком деликатном положении. По лицу де Силлек прошла тень. -Слушаю вас, - произнес он. Де Тревиль хлопнул ладонью по горе бумаг, разноцветной массой валяющихся на столе. -Де Силлек, я должен объяснить вам положение вещей. -Слушаю вас! -Так как вы долго путешествовали, вам, должно быть, неизвестно, что его величество подписал договор о торговле с объединенным королевством. Договор направлен против Испании. Английские послы тоже участвовали при подписании. Король Карл 1 не высказывает своего мнения. Он, похоже, надеется, что испанцы удовлетворятся пленением Франции и оставят их в покое. Что ж, он плохо знает испанского льва! Де Силлек незаметно посмотрел на часы. -Все это время, сын мой, мушкетеры несли тяготы этих, признаюсь, непростых переговоров. Вам, должно, быть известно, как Его величество гордиться своими мушкетерами. -Они заслуживают этого, г-н капитан. -После подписания договоров его величество отправил г-д мушкетеров сопровождать гостей в их королевства. У меня стало больше хлопот: оставшиеся несут дежурство в Лувре и выполняют мои мелкие поручения, коих, как вам известно, огромное количество. Вы заметили, как пусто во дворе? -Я заметил, сударь. -Вчера посол английский герцог Корийский выказал внезапное желание покинуть наше королевство. Я мог дать ему в сопровождающих только пять мушкетеров, снятых с дежурства в Лувре. И что же я узнаю не далее, как сегодня утром? Я узнал, что его милость в гневе. Ему, де, для охраны подсунули мелких дворянчиков. Его величество, узнав о негодовании посла, сердиться. А у меня в запасе не единого офицера. Де Батц и де Порто уехали, а из дворца я не могу взять ни единого человека. Де Силлек молчал. -Сын мой, тебе не хочется оставлять ее? Если ты откажешься, я не стану тебя задерживать, но мне больше не к кому обратиться. Герцог Корийский показывает себя человеком непростым, а мне негде взять офицера! - де Тревиль огорченно вздохнул. -Мне очень жаль, де Силлек! Посла нужно проводить до Дьеппа. Дорога туда - обратно займет у вас самое большее неделю. Я не хочу вам приказывать, но просить… -Герцог Корийский обязательно хочет, что б его сопровождал офицер? -Не столько офицер, как человек знатный. Кроме того, его светлость до смешного боится темноты, разбойников и воды. Презрение появилось на губах обоих мужчин. -Я рад, что он покидает нас, - усмехнулся де Тревиль. - Мне жаль, что именно вам я предлагаю сопровождать его. -Хорошо,- сказал де Силлек. – Я еду. -Благодарю вас! – сказал де Тревиль и отчески обнял его. -А г-жа Изабелла? -Я пригляжу за ней. -Когда выезжать? -Через час. И, видя, как пошатнулся де Силлек, добавил. -Может быть, мне сейчас поехать с вами к г-же Изабелле, чтоб объяснить ей… -Нет! -Тогда детали. Изабелла заплакала, узнав о случившееся. Де Силлек явился к ней мрачнее тучи. Искорки в его глазах потухли. -Перестань! – воскликнул он хрипло, увидев ее слезы. Изабелла, глотая горький комок в горле, молча, следила, как он переодевается. Один крючок походного камзола не застегивался. -Черт!- воскликнул де Силлек с перекошенной губой. Он не глядел на Изабеллу. -Подойди ко мне! – попросила Изабелла. Когда он подошел, она застегнула ему крючок и, не выдержав, уткнулась ему в грудь. Боль и возмущение поднимались из живота, достигли сердца и пронзили все ее существо. Де Силлек порывисто прижал ее к себе. -Не плачь! - повторял он срывающимся голосом. – Ты любишь меня? -Да! Да! -Я вернусь очень быстро, обещаю тебе. Только не плачь! -Арман! – она подняла залитое слезами лицо с распухшими губами. - Храни себя, Арман! Ради меня, детей, будущего малыша. Мне так плохо и страшно без тебя. Он закрыл глаза, как от сильной боли и прижимал ее крепко, все крепче, жадно, страстно, причиняя ей боль. Последние минуты он давал распоряжения слугам. Она как испуганное дитя, держала его руку, с которой он стащил перчатку. Потом молча, следила, как он надел шляпу, проверил пистолеты. Он был так красив и величественен, что Изабелла почувствовала невольную гордость и тут же мистический ужас обуял ее. А если с ним что-нибудь случиться, а она в этот момент будет болтать с подругами или играть с детьми, и не узнает, не поймет... Изабелла прогнала ужасное видение, но дрожь пронзила ее. Она проводила мужа во двор. -Береги себя! – в сотый раз повторял он. – Будьте благоразумной, Изабелла! Мгновенье они глядели друг на друга. Он уезжал, а она могла просить его остаться, но должна была исполнить свой долг. Ах, как порой мучительно исполнять долг! Продолжение следует...

Немо: Глава 57 Де Силлек спешился с коня у заставы Сент-Оноре. Его ждали англичане, несколько французов - слуг и три мушкетера, среди которых был де Дромоль. У самих ворот на роскошном жеребце восседал английский посол. Герцог вид имел необыкновенный - тщедушный мужчина с гладко выбритым полным лицом. Одежда плохо сидела на его худой фигуре, зато была сшита из модной ткани и изобиловала кружевами и синими лентами, которые странно смотрелись на оранжевого цвета камзоле. Шпага его была украшена столькими сапфирами, что сражаться ею было совершенно невозможно. Герцог сидел подбоченясь с самым воинственным видом, от которого нельзя было ожидать ничего хорошего, и беззастенчиво разглядывал прохожих. Люди из его собственного эскорта и те качали головами. Мушкетеры, завидев де Силлек, облегченно вздохнули. -Де Силлек! – воскликнул де Дромоль, почти бросаясь под ноги его лошади. – Само небо послало нам вас. Де Силлек кивнул друзьям. -Офицер! – капризно позвал посол. -Началось! - пробормотал де Шавиньи, худой пикардиец. -И так все время!- проронил юный Сулье, досадливо покручивая ус. Де Силлек подъехал к герцогу. За ним, на некотором расстоянии, следовали мушкетеры. -Долго же вы заставили меня ждать! – съязвил герцог. -Я прибыл за минуту до назначенного срока, - прервал его де Силлек спокойно, но сдвинутые брови говорили о его гневе. Герцог фыркнул. -Могли бы и поторопиться! -У г-на офицера супруга в тягости! - упрекнул его де Дромоль. - Он оставил ее, чтобы проводить вас, а вы недовольны! -Не надо, де Дромоль! - тихо остановил его де Силлек. -Все готовы? Де Силлек окинул всю группу внимательным взглядом. Англичане поклонились. Путешествие не задалось с самого начала. Герцог не преминул каждый час сообщать спутникам, что дороги грязны, вино кислое, лошади не свежие, погода дождливая, спутники неблагодарные, а французские женщины не любезные. Последнее задевало его больше всего. -Они слепы! – возмущался герцог, терзая шелковые надушенные перчатки. Мушкетеры посмеивались. Особенно невзлюбил герцог французского офицера. Его придирки к де Силлек раздражали де Дромоля. -Де Силлек! - твердил он.- Давайте как-нибудь проучим этого разряженного цыпленка. -Да, - подхватывал Сулье. – Если вы не желаете вызвать его на дуэль, я сам сделаю это. -Мы с вами, дорогой мой, не в Париже, - втолковывал ему де Силлек мрачно. – Нам поручено привезти в Дьепп герцога живым. -А жаль! – серьезно восклицали мушкетеры. За их столом, таким образом, было весело, и даже хозяин трактира, где они остановились, поглядывал на них с одобрением. -Фу! - закричал герцог, вдруг выплескивая вино на пол. – Какая гадость! Трактирщик! -Началось! - пробурчал Сулье с усмешкой. Де Силлек стиснул зубы. Это было ужасно. Тем временем трактирщик удалился за новым вином. Минуту спустя с кувшином вошла плотная, красивая женщина в белом нарядном переднике – хозяйка. Она, улыбаясь, окинула взглядом группу приехавших, и уверенно направилась к де Силлек. -Г-н герцог! - мило проворковала она. – Это бургундское еще 1598 года. Оно поистине достойно вашей милости. Мы подаем его только самым именитым гостям. Ваш вид убеждает меня, что оно – для вас. Герцог побагровел, в то время как все опешили. -Прошу прощения, мадам, - ответил де Силлек невозмутимо. – Я всего лишь начальник охраны его светлости. Милая хозяйка занялась краской, а герцог вскочил. Этого случая он не мог ни забыть, ни простить. Он возненавидел де Силлек тем сильнее, что к мнению французского офицера прислушивались даже чопорные англичане, а его спокойный голос мог убедить слуг быстрее, чем крики. Но де Силлек словно и не касались эти страсти. Он шаг за шагом исполнял свой долг и шаг за шагом близился конец этого невыносимого путешествия. У Сент - Мезона группа переезжала узкий мост через Сомль - приток Сены. Быстрая, беспокойная, широкая речка несла воды к морю. Уже стоял ноябрь, и цвет вод отражал серое небо. Дул пронизывающий ветер, нывший в кронах стоявшего кругом леса. Герцог первым въехал на мост. За ним следовали англичане. Мушкетеры и слуги заканчивали шествие. Можно было надеется, что все пройдет благополучно, то англичанин вдруг закричал и провалился вместе с лошадью в воду. Он барахтался в речке с выпученными от страха и холода глазами. Видимо, ко всем бедам, он не умел плавать. Де Силлек соскочил с лошади, сорвал с себя оружие и плащ и бросился в ледяную воду. Он в два движения подплыл к герцогу и ухватил его за волосы. Тот с криком обхватил его за шею, пытаясь утопить своего спасителя. -Спокойно! – говорил де Силлек, с трудом вытаскивая его на берег. Два англичанина подхватили герцога и втащили его на мост. Тот дрожал и стучал зубами. Англичане поскорее закутали его в плащи. На берегу разожгли костер, чтоб обсушиться. Герцогу дали флягу с бренди. Тот пил, причитая, и вино текло у него по подбородку. -Ну, все, милорд, - не выдержал один из англичан. - У нас нет больше бренди, чтоб согреется, а наш начальник нуждается в бренди не меньше, чем вы. Но герцог упрямо допил вино и только тогда отбросил флягу. Англичане подняли ее, но не успели возмутиться – герцог глянул на их лица и неожиданно сполз на землю. Чтоб привести его в чувство, пришлось найти ближайшее убежище - стоящий недалеко от моста дом лесника. А наутро у обоих был жар. Но герцог все равно решил ехать домой. -Найдите мне карету!- шептал он хрипло, ибо ко всему лишился голоса. –Я все равно уеду из этой неприветливой страны! -Де Силлек плохо себя чувствует, - возразил де Дромоль. - Подождите пару дней. -Мне все равно! – Заявил герцог. – Я уезжаю! -Но мы не можем бросить здесь француза одного! – возразили англичане. -Я важнее офицера! –хрипло кричал герцог. – И я хочу ехать. -Он спас вас. -Чушь! Я и сам бы выплыл. Вы все отправляетесь со мной – и французские мушкетеры тоже. - Мы возвращаемся в Париж вместе с де Силлек! - возразил горячий Сулье. -Нет, - прошептал де Силлек, приходя в себя. – Дромоль, идите сюда. Все наклонились над ним. -Дромоль, вам следует выполнись приказ. Это ваш долг. -У меня нет долга в отношении герцога. -У вас есть долг по отношению к Его Величеству. Его голос сорвался. -Прекрасно! – обрадовался герцог. – Слышали, господа? Вам дали приказ! Мы уезжаем немедленно. -Но мы не можем бросить этого благородного человека! – зашумели англичане. –Мы дворяне и мужчины! -Ради меня, - шепнул де Силлек. -Хорошо! - сквозь зубы произнес де Дромоль. - Только ради вас! Они уехали, но Сулье отстал от отряда. Потихоньку он отдал леснику все свои деньги, чтобы он присмотрел за больным, и быстрее молнии помчался в Париж. Продолжение следует...

Немо: Глава 58 Изабелла надевала теплый плащ, когда старый лекарь Темесье как вихрь ворвался к ней в спальню. -Вы с ума сошли? - закричал он.- Куда вы собрались, мадам? -В Сент –Мезон. Изабелла хладнокровно захлопнула несессер. -Да что вам там нужно, мадам? -Там ваш господин. -Г-жа графиня, эти дни вам нужно обязательно лежать в постели, как и полагается даме вашего ранга. -А я уезжаю! – упрямо сообщила она. -И я вас никуда не отпущу. Вы хотите убить вашего будущего ребенка? Изабелла его не слушала. Она проверяла свои пистолеты. -Сейчас же в постель, мадам! -Мне только что сообщили друзья, что г-н граф болен и находится в Сент – Мезоне! Я еду к нему! -Вы, наверно, бредите!– лекарь едва не плакал. -Напомню вам, дорогой мой, что вы служите мне! - сурово сказал Изабелла. –И должны слушаться меня! -Мадам, я прошу вас остаться. -И рехнуться от беспокойства? Благодарю покорно! Я ж лучше умру рядом с вашим господином, чем останусь здесь хотя бы на минуту здесь. -Это невозможно. Вы же в тягости, - рвал на себе волосы лекарь. – Если с вами что случиться, г-н меня убьет! -Можете оставить место у нас в доме, коли боитесь за свою жизнь. -Госпожа, вы хотите убить себя. -Жан, отнеси это в карету! – распорядилась Изабелла и обернулась к лекарю. - Вы уже исполнили свой долг эскулапа, отговаривая меня, дайте же мне исполнить свой долг жены. Дорогой Темесье, поймите меня, я не могу иначе. -Ужели вы решили ехать, я с вами, - мрачно заявил он. Продолжение следует...

Немо: Глава 59 Дождь тоскливо подал на землю. Карета с трудом катилась по огромным лужам на серой грязной дороге. Иногда колеса попадали в такие огромные рытвины, что требовались усилия кучера и врача, чтоб помочь лошадям двигаться вперед. Тогда лекарь тоже выходил под дождь, оставляя хозяйку и ее служанку, и возвращался мокрый, кашляющий, с хлюпающим носом. Хорошо еще, что в ноги путешественникам поставили железный ящик, забитый горячими углями. -Ну и дорога! – ворчал врач, отряхивая плащ. –Ну и сырость! Изабелла тоже зябко куталась в плащ, но дрожала она больше от нетерпения и тревоги, чем от холода. Они подъезжали к маленькому городку Сент –Мезону. Там, за Сомой, был тот городишко, где оставался ее муж и господин. Изабелла всей душой рвалась к нему. Она ужасно спала все эти дни, мучая себя ужасными картинами болезни мужа, и Темесье настоял, чтоб она пила успокаивающие настои. Он ворчал: -Куда вас несет, странная вы женщина! Конечно, ваш ребенок вынесет этот путь, но ему было бы лучше появиться на свет под крышей родного дома, чем в грязной комнате дорожной гостиницы. Изабелла пожимала плечами. -Я не могу дальше ехать! – вдруг крикнул кучер, останавливая лошадей. - Все стоят. Разрешите узнать, что там впереди такое! Изабелла, не обращая внимание на дождь, высунулась в окошко. Ледяной ветер дохнул ей в лицо и она закашлялась. -Что же это такое! - Воскликнула она. – Ах, как же все некстати! Но я не могу ждать! -Пойду узнаю, что там такое! - Произнес лекарь, нахлобучивая шляпу по брови. – Вам я запрещаю выходить, вам понятно, мадам? Он грозно свернул глазами и вышел, с силой захлопнув дверь. Изабелла тут же накинула на головку капюшон плотного плаща. -Мадам! – попыталась остановить ее служанка. -Мне душно. Изабелла, пытаясь спрятать свою расплывшуюся фигуру под толстым плащом, вышла. Мимо, с трудом вытаскивая ноги из грязи, следовали люди. Один из всадников, приближавшейся галопом, окатил ее фонтаном брызг. Вода потоками струилась по его лицу, а плащ казался блестящим от воды. -Простите меня, - извинился он, поднимая лошадь на дыбы. – Право, что я не ожидал в столь печальном месте знатную женщину. -Меня задерживает что – то там, впереди! -Для этого не нужно выходить в такой дождь, - галантно произнес он. Он высоко приподнялся на стременах, вытянув шею. -Ага! – удовлетворенно произнес он. - Я так понимаю, здесь не проехать! Мост разрушен. -Ах, - воскликнула Изабелла. – Я потеряю столько времени! -Гм! – произнес всадник, перчаткой оттирая дождь с лица. – Я не думаю, что его восстановят сейчас же. Придется вернуться назад к Бове. -Но это же часов три, не меньше! -Ну, говорят, тут где-то есть брод! -Вот как! Где? -Не могу сказать, мадам! Он еще раз взмахнул шляпой, развернул коня и умчался. Изабелла тут же остановила какого-то крестьянина, тащившегося по дороге с большой корзинкой. -Ты не знаешь, где тут брод через реку? -Но там не пройдешь, госпожа. Нужна лошадь! -Ты мне можешь показать, где это? -Да, мадам. -Подожди, я спущусь на землю. -Нет, - испугался крестьянин. - Не годиться вашей милости тащиться по грязи. Изабелла покачала головой. -Веди! – приказала она. Изабелла и крестьянин пошли немного по берегу реки. Здесь, наверно, летом было очень красиво – огромные толстые вязы, выступающие из высоких папортников, смотряться в синюю шумную реку. Но сейчас, под дождем и промозглым ветром, красота леса померкла. -Здесь! – сказал крестьянин, остановившись напротив огромного граба на другом берегу. - Но вы без слуг... -Я найду сейчас кого-нибудь найду, кто мне поможет. Благодарю вас! Она подала ему монету в пол-су. Крестьянин сперва посмотрел на монету, потом на черные бурливые воды реки. -Благодарю вашу милость! Вы можете обратиться за помощью вон к тому господину. Теперь и Изабелла заметила кого-то человека верхом на черном коне, входящим в воду с того берега. Изабелла облегченно вздохнула. Все-таки она боялась переходить реку в брод, хотя и не признавалась себе в этом. Она с тревогой следила за борьбой всадника с течением. Он ехал очень медленно, видимо, доверившись чутью лошади. В какой- то момент лошадь поплыла, и тогда человек железной рукой схватил поводья и что- то прокричал, видимо, подбадривая умное животное. Он так мужественно боролся со стихией, что Изабелла почувствовала к нему симпатию. Лошадь вышла из воды. Мокрые бока ее тяжело вздымались и опадали. Всадник тоже едва переводил дыхание. Чтобы привлечь к себе его внимание, Изабелле пришлось кричать: -Сударь, прошу вас, помогите мне! Всадник обернулся и прищурился, пытаясь рассмотреть ее сквозь тонкую паутину дождя. -Что случилось, мадам?! – крикнул он. Так как дождь падал завесой, Изабелла его почти не видела. -Мне нужно попасть на тот берег. Я видела, как смело вы боролись с течением, и вышли победителем. Вы не могли бы перевести меня? За время ее маленькой речи человек приблизился достаточно близко. Изабелла с трудом сдержала крик радости. Это был дон Себастьян. Судьба - насмешница столкнула их опять на каким-то загадочном новом витке их жизни. Изабелла видела, как бледнеет его залитое дождем лицо. -Донья Изабелла! – шепнут он. Она скорее угадала его слова. -Вы так нужны мне! – прошептала она, протягивая ему руки. - Только вы, друг мой! -Я знал, что увижу вас! – стиснул он ее мокрые ладони. – Но я не думал, что здесь! Слабая улыбка осветила его лицо, некрасиво сморщив шрам на щеке. -И опять одна! – с горечью воскликнул он. - И на этот раз в чаще леса! Вы совсем промокли! Он лихорадочно сорвал с себя плащ и набросил ей на плечи. -Черт подери, этот ужасный человек опять оставил вас одну. -Мне нужно на ту сторону! -Но где ваши слуги? -Они не хотят отпускать меня! Мой супруг остался на том берегу. Он болен, дон Себастьян. -О боже всемогущий! – выдохнул он, с изумлением уставясь на Изабеллу. – Вы безумны! Но ничего, радость моя! Я провожу вас к слугам, вас же трясет от холода. -А я все равно отправляюсь на ту сторону! - закричала Изабелла яростно. - И вы меня не удержите. У дона Себастьяна дрогнули губы. Он схватил ее в объятия и прижал к себе. -Я переведу тебя, радость моя. Я все для тебя сделаю! Он посадил ее в седло впереди себя. Его горячие руки, словно изголодавшиеся звери, шарили по ее телу. И вдруг он вздрогнул. -Вы в тягости! – простонал он. –О небеса! Она дернулась и чуть не упала. -Он оставил вас, донья Исабелла, а вы в тягости! -Обсудим это позже, милый друг! Они удачно преодолели реку, только замочив ноги. -Куда теперь, дорогая моя? -Не знаю! -Я вижу какой- то дом. Мы остановимся там. Я не отпущу вас больше никуда. Дон Себастьян уверенной рукой направил коня к далекому домику. Домик был небольшой, в два этажа и производил вид заброшенного. Дон Себастьян поставил Изабеллу на жухлую траву, чтобы отпереть дверь, но она покачнулась и едва не упала, ибо у нее закружилась голова. С ужасом она узнала приближение родов. Дон Себастьян распахнул дверь и втащил ее в дом. Какой- то человек, стоящий на коленях у погасшего камина, поднял голову. Это был де Силлек. Вид его напугал Изабеллу. На щеках его бледного, как у мертвеца, лица горели пятна лихорадочного румянца. Прижав руку к груди, он пытался разжечь угли. Изабелла, собрав все силы, бросилась к нему как к живительному роднику мужества и силы. Де Силлек не удивился, словно видения Изабеллы часто посещали его. -Арман! Я нашла вас! Наконец-то! – со стоном радости и облечения она обвила руками его шею. -Изабелла! – пошептал он и тут же хриплый кашель разорвал его грудь. Он был болен. Но Изабелла ни капли не боялась за него - она знала, что его сила воли преодолеет все, не уступит место слабости. -Я нашла тебя! – говорила Изабелла, смеясь. -Изабелла, откуда ты? - с неподдельным испугом спросил он. Любящее сердце подсказало ему причину судороги, прошедшей по ее телу. - Сядь, - приказал он. – Где лекарь и слуги? -Здесь один только я, - раздался несколько смущенный голос дона Себастьяна. Страшным усилием воли де Силлек ставил себя встать, хотя пол качался под его ногами, а от высокого жара звенело в ушах. -Милорд, надо вскипятить воды! - сказал он спокойно. -Оставайтесь с ней, граф! - почти попросил дон Себастьян, внезапно рванувшись вперед. - Я все сделаю сам. Мужчины пристально вгляделись друг в друга. Что - то необычное и понятное они увидели в глазах друг друга, ибо де Силлек в знак согласия прикрыл веками лихорадочно блестевшие глаза. Изабелла упала прямо на покрывало единственной, грубо сколоченной кровати. Судороги сотрясали ее тело. Де Силлек бледный как мертвец, стащил с нее мокрый тяжелый плащ, сапоги, разрезал шнуровку корсажа. Она с благодарностью глянула на него, отдаваясь извечной работе: дать жизнь новому существу. Дон Себастьян, не менее бледный, бросал в камин хворост. Он все сделал, что приказывал ему де Силлек. Граф же ни на шаг не отходил любимой. Она держала его руку, которая вскоре вспухла и покраснела, но муж только ласково оттирал пот с нее лица. Дон Себастьян еще никогда не испытывал такого страха. Он часто выходил за хворостом, возвращался, не в силах слушать ее стоны, ему до жути хотелось вырвать из нее этого ребенка, который так мучил свою мать. В мире больше ничего не существовало. Изабелла была распростерта на постели как мученица, полуобнаженная, как мадонна. Оба мужчины горячо молились о ее спасении. Стало очень жарко. Дон Себастьян скинул камзол. Неожиданно де Силлек тяжело задышал. -Спокойней, радость моя! – сказал он не те слова, что шептал все время. Он обернулся, ища глазами дона Себастьяна. -Я приму ребенка, милорд, а вы идите постойте возле нее. -О нет! – пробормотал дон Себастьян. Его поражало, как де Силлек может находится рядом с Изабеллой, когда у самого дона Себастьяна от испуга нет сил уже ни на что. -Вам придется! – хрипло прошептал де Силлек. - Да скорее же, черт возьми! Милорд, будьте мужчиной, наконец! Изабелла забилась на кровати. Дон Себастьян приблизился к Изабелле и взял ее за руку. Продолжение следует...

Немо: Глава 60 Дон Себастьян склонился над младенцем, закутанным в теплую отцовскую рубашку. От крошечного хорошенького мальчика веяло теплом, лаской и детством. И таким чудом было присутствие малыша и живой, смеющейся Изабеллы, что нежданные слезы потекли из его глаз. Изабелла тепло улыбалась мужу, который стоял возле нее на коленях с покрасневшими веками. -Благодарю тебя! – Он жарко прижал ее к себе и встал. -Милорд! - сказал он торжественно дону Себастьяну. – Мы с г-жой Изабеллой за вашу помощь и самоотверженность просим вас быть крестным мальчику и дать ему любое имя, которое вы сочтете необходимым. Дон Себастьян побледнел. Он недоверчиво глядел на супружескую пару, которая держалась за руки и ласково смотрела на него. -Мы просим вас, - пошептала Изабелла слабо. Мысли вихрем пронеслись в голове у дона Себастьяна. Он страстно хотел передать мальчику свое имя, но, покосившись на де Силлек, медлил. Он был уверен, что его имя будет благородно дано малышу, но понравиться ли де Силлек произносить его каждый день? И благородство породило благородство. Дон Себастьян почтительно склонил голову, словно не было между ним и графом де Силлек много лет вражды и ненависти. -Пусть его зовут Анн. Продолжение следует...

Janna: Немо, Вот это: Немо пишет: Его горячие руки, словно изголодавшиеся звери, шарили по ее телу оченъ напрягло. Что вы хотели этим сказатъ? И еще позволъте пятъ копеек. Понятно, что все это--фантазия, но все-таки, подумайте, как может женщина которой через два дня рожатъ ребенка, с самым силъным организмом и здоровъем мчатъся черт знает куда. Это притом, что граф толъко болен, не ранен, а болен. Ему что, два года? Беременностъ это, знаете ли, не толъко роды, это общее состояние в течение 9ти месяцев. Да граф бы сам прибил графиню за то, что ребенка пдвергла такой бессмысленной опасности. Вот этот кусок как-то не вяжется у меня. Про восток было более правдоподобно.

Королевская Шляпница: Глубокоуважаемый Немо! Продолжайте вкусно и с расстановкой! Быстрота повествования - быстрота, а не стремительное действие -вы понимаете? -только смажет впечатление о вас как об умелом авторе!

Немо: Буду стараться!

Немо: Глава 61 Дон Себастьян все следующие часы был несчастлив так, как никогда в жизни. Приезд слуг и лекаря Изабеллы –возмущенного старика, - их решение немедленно перевезти Изабеллу де Силлек в ближайший городишко, где ей и ребенку смогут оказать настоящую помощь, - все это будто не имело к нему никакого отношения. Он видел и слышал только ее. -Ах, радость моя, вас даже в дождь будто освещает солнце! - шепнул он горестно, на секунду склоняясь к ее лицу. – У вас даже капли воды на щеках прелестны! Прелестны!! Прелестны!!! Он рванул шнуровку камзола, словно ему стало нечем дышать. Лицо его исказилось. -Сударь, что с вами? – испуганно шепнула Изабелла. -Да все то же, черт возьми! – яростно крикнул дон Себастьян. Он круто развернулся и вышел, едва не задев плечом графа же Силлек. -Что это с его светлостью? – спросил тот хладнокровно. И тут же перевел разговор на другое. Дон Себастьян прыгнул в седло и рванул поводья так, что лошадь встала на дыбы. Он понесся, как преследуемая охотником птица, вглубь осеннего леса. Уже ночью он вернулся к своей свите, оставленной в том же селении, куда перевезли Изабеллу. Пришел он только через четыре дня, когда Изабелла уже могла вставать. Она как раз кормила ребенка. -Как же вы приручили дона Себастьяна, Арман? – осторожно спросила графиня мужа, вдруг вспомнив о своем пылком поклоннике. -Вас удивляет наша весьма неожиданная дружба? – спросил де Силлек. -Да, - неохотно призналась она,- вы который раз удивляете и поражаете меня. Ах, Арман! Только вы могли превратить самого беспощадного своего врага в друга, да еще доверили ему крестить свое дитя. -Но ведь наша внезапная дружба устраивает всех, не правда ли, радость моя? -О да! -Дон Себастьян, бог даст, скоро вернется в Лондон, но я думаю, ему будет легче жить с мыслью о крестнике. -Вы все предусмотрели! Подумали даже о его чувствах! -Если б думал только о своих чувствах, разве б вызвал бы ваше восхищение и разве глядели бы вы на меня столь восторженными глазами? Изабелла тихонько рассмеялась и обвила свободной рукой талию мужа. Она с блаженством прижалась к твердому бедру де Силлек. Ах, как приятно знать, что он здесь… -Я ваша, граф де Силлек, и всегда была только вашей! Я обожаю вас. Он, не отвечая, положил ей тяжелую руку на затылок. Ладонь его ласкала шелковистую гриву ее волос. Теплое ясное выражение появилось на его лице. -Ах, Арман! Но как же могло получится, что вас оставили здесь умирать? -Не стоит плакать о прошлом, - ласково сказал он, обводя пальцем ее розовую щеку. – Мы теперь с вами вместе. -Если б не дон Себастьян, я не успела бы приехать к вам вовремя! – прошептала Изабелла, содрогаясь всем телом. -Его, видимо, небо послало во Францию, - он замолчал, услышав шаги слуги. Дон Себастьян просил разрешения засвидетельствовать Изабелле свое почтение, что ему было любезно разрешено. -Вы похорошели! – сказал он хрипло, склоняясь перед Изабеллой. Из - за изувеченной ноги придворный поклон получился неровным. Дон Себастьян заметил это, и краска стыда невольно залила его щеки. Изабелла поежилась. Хотя тон испанца был выверено дружелюбен, что – то в глубине его глаз беспокоило ее. Он, помедлив, улыбнулся и графу. Тот поклонился в ответ и предложил гостю вина. Изабелла продолжила кормить сына. Мужчины, чтобы не смущать молодую мать, отошли к очагу. Они молчали. -Я только что говорила г-ну графу, что это было счастье, что вы, милорд, так вовремя оказались во Франции, - окликнула испанца Изабелла. - Иначе я бы умерла в лесу. Дон Себастьян живо обернулся к де Силлек. -Вы только послушайте донью Исабель! Разве можно так гневить господа нашего? Запретите говорить ей такие ужасные слова, граф! -Дорогая графиня, - произнес де Силлек с улыбкой. – В самом деле, не мучайте нас. Изабелла рассмеялась и расцеловала сонного Анна в пухлые щеки. -Но дон Себастьян, что все-таки привело вас к нам? Вы нам не успели рассказать! Дон Себастьян сел на колченогий стул. -Я совсем забыл о делах! - признался он неохотно. И начал скучно говорить: – Мой король сомневается в необходимости заключать договор с Францией против Испании. Мы с вами в противоположных лагерях, господа, как это для нас не прискорбно. Его Величество Яков 1 прислал вместе со мной министра по иностранным делам герцога Иорского выяснить до конца мощь Франции и ее возможности дать отпор эмиссии Испании. Если Франция откажется способной на отпор, договор о содружестве не будет заключен. Мое королевство согласиться воевать с Испанским львом, только если ей будет грозить непосредственная опасность. Мы должны решить, можем ли мы существовать без Испанских благовоний, серебра, вина, духов. -А как вы оказались в лесу? - спросила Изабелла. Ребенок насытится и уснул. Изабелла покачала его. -Как? Я хотел как можно быстрее попасть в Париж. Он бросил быстрый взгляд на де Силлек и замолчал. -Значит, у вас дела в Париже? – невинно спросила Изабелла. -Да. -Как я слышал, милорд, переговоры начнутся только через две недели, - напомнил де Силлек. - Вы могли бы отправиться в Париж вместе с нами. -Право, не думаю, граф, что это удачная мысль! -Милорд, мне кажется, прошли те печальные дни, когда вы скрывали то, о чем бы хотели сказать. -Скрывал? – дон Себастьян даже привстал. Горькая гримаса внезапно изуродовал его рот. – Вы желаете, граф, чтоб я стал вам другом? Да? А я отвечу на ваше предложение: никогда! И быть благородным вельможей тоже не подумаю! Также я не надеюсь получить от вас ответ, что теперь мне делать! Потому что я нужный для нее друг, но не единственный! А я хочу быть единственным для нее! И я не смирюсь! Никогда! -Вы предъявляете права на мою супругу? – спросил де Силлек. Краска бросилась ему в лицо. Дон Себастьян громко расхохотался. -А что вы хотите? Пусть я проиграю свою королеву, но я буду хоть уважать себя! -Дон Себастьян! - вскричала Изабелла, напуганная стремительно разгоревшейся ссорой. – Прекратите сейчас же! Де Силлек встал. -Вы всерьез собираетесь вызвать меня на дуэль? -Да! -И вы надеетесь, должно быть, что я не посмею убить посланника королевства Англия? -А вот это не мое дело! Сами решайте, граф, убивать вам меня или нет, и как разбираться с вероломным убийством посла государства, которое в любой момент может объявить вам войну! Это ваш выбор! Это вам подкидывать монету! А я понаблюдаю, как вы станете мучиться выбором! Я же мучаюсь! Все время – что мне делать! – вызвать вас на дуэль или притвориться благородным, похитить ее и взять силой или дать ей жить рядом с вами! Дон Себастьян вытащил шпагу и отбросил ножны. -Вы все время мне предлагаете дружбу, сударь! – кричал он, словно черная кровь хлестала из смертельной раны. - Но мне проще забыться, чем забыть донью Исабель! Де Силлек тоже стремительно обнажил шпагу и встал в позицию. -После столь неосмотрительных слов мне придется убить вас! – сказал он с невозмутимым хладнокровием. -Я умоляю вас! – закричала Изабелла, садясь на постели. -Велите вашей супруге быть скромнее! – саркастически засмеялся дон Себастьян. - И не мешать мужчинам! -Моя благородная супруга пытается спасти вашу жизнь, милорд! – воскликнул де Силлек. – В пятый раз, кажется! Она добра! С одинаковыми непримиримыми лицами они глядели друг на друга. -Вы знаете мою тайну: я буду всегда любить вашу жену! – вскричал дон Себастьян и сделал первый выпад. – Я тренировался все это время у лучших мастеров клинка! И я на этот раз убью вас. Готовьтесь к встрече с создателем, де Силлек! Де Силлек скрестил с ним шпагу и первым же ударом гардой повредил сопернику левый висок. -Пусть будет жить тот, кто прав! – сказал дон Себастьян, стирая кровь перчаткой. -Победа любой ценой? Недальновидно, черт возьми! -Все равно! -Моя супруга дана мне богом и людьми! – сказал де Силлек, нападая. – Смиритесь, милорд. Это будет справедливо. -Справедливо?! Да разве справедливо, что вы встретились ей раньше, чем я?! Справедливо, что я люблю ее сильнее, чем вы, но я должен раз за разом проигрывать вам! Что за злая, несправедливая судьба! Почему это должно происходить со мной, а не с вами? Почему я должен быть отвергнут? А я тоже умен, пылок, честен! Где она, справедливость, если я должен вечно быть вторым!? -Любовь на двоих не делиться! -Ах, вы изволите намекать, что я строю замки из воздуха? -Да вы не в ладах с собственной совестью, милорд! Изабелла сидела, не жива ни мертва, не в силах прекратить их жесткий разговор, сопровождаемый яростным звоном шпаг и резкими злыми выпадами. Дворяне кружили по комнате, то и дело становясь к ней лицом. -Не у всех есть талант пережить отказ!- кричал дон Себастьян, время от времени опуская шпагу, чтобы сделать несколько жадных вдохов. – И не просто отказ! Почему я должен везти донью Исабель в объятиях только во сне?! А у вас трое детей! Трое! А я появляюсь всегда невпопад, не к месту, не вовремя! И все время должен прощать, прощать, прощать! Он дорожкой из трех неровных дуэльных шагов попытался приблизиться к де Силлек на опасное расстояние. Но тот сделал обманный маневр и приставил острие шпаги к его лбу. -Я могу ударить вас, и вы умрете, сударь! – сказал он холодно. – За все неосторожные слова, которые вы позволяете произносить в моем присутствии! Я убивал и за меньшее! Вы много раз спасали г-жу Изабеллу, но не надейтесь, милорд, что я святой! Отнюдь! Порой мое самое горячее желание – чтоб вы оставались у себя в Англии вечно! -А я не могу там жить из-за проклятой любви к вашей жене! Я там чужой и тут чужой! Она смотрит только на вас, любит только вас. Я знаю! Я же не слепой! Но достойны ли вы ее!? -Недостойно мужчины и дворянина днями и ночами мечтать и ничего не делать, чтоб воплотить в жизнь свои мечты! Женитесь в своем королевстве, милорд, на любой девице, кто же вам мешает?! -А! Я для вас бельмо на глазу?! Женитесь! Да как вы смеете советовать мне такое! Ах, все слова пусты, потому что я не могу получить ее! И я не смирюсь! Они вновь встали в позицию. Де Силлек одним обманным движением припер его к стене и прижал шпагу к его горлу. -Бесполезно, милорд, противиться судьбе! – сказал он холодно. -Нет! -Милорд, - ледяным тоном произнес де Силлек, опуская шпагу. – Не волнуйте более мою супругу. Она еще больна! Изабелла осторожно положила ребенка в подушки и соскочила в с постели. -Я не стану вашей, дон Себастьян! – в гневе закричала она.- А сейчас уходите, милорд! Я не награда для победителя, как вы, верно, воображаете! Дон Себастьян развернулся и ушел, хлопнув дверью. Де Силлек, все еще тяжело дыша, налил себе вина. -Дон Себастьян всячески пытается вывести меня из себя! - сказал он, искоса глядя на жену. – Нет, ну каков наглец! Что ж, он неплохо знает людей, отдадим ему должное! Он уверен, что я никогда не убью его! -Почему? Де Силлек пожал плечами. -Да потому что я в первую очередь человек чести! Убить посланника соседнего королевства? Черт подери, из него вышел бы неплохой судейский! Вы заметили, дорогая, что он всегда нападает без свидетелей! Если же рядом есть люди - это всегда его слуги или мои друзья. Их свидетельства не имеют никакой силы! -Я ненавижу его! – вскричала Изабелла. Он подошел и властно повернул ее к себе. -С чего бы он так загорелся?- спросил он с едва различимой ноткой подозрительности. – Вы улыбались ему чуть более нежно, чем обычно? Изабелла так и подскочила. -Конечно, нет! Мне нравиться, когда вы меня ревнуете, но я никак не хотела бы, чтоб вы разуверились во мне! Но отчего вы тоже показали себя человеком горячим… Раньше слова дона Себастьяна не выводили вас из себя... Де Силлек прижал на мгновенье к себе и сел за стол. -Когда я был один в охотничьем домике, да еще горячка…. Мне все время снился один и тот же сон…, - он покачал головой. – Я не суеверен, отнюдь, как полагается католику, но мне все – время снилось, будто я ищу вас, Изабелла! И прошу у бога только одного: позволить нам свидится. Мне снилось, будто я не знаком с вами, но знаю, что вы есть, моя дорогая! Где- то есть! На что это было похоже? Как если б мы не увиделись в вами в том городке, в Этампе. Я ушел в комнаты раньше, чем вы заговорили с поваренком. А потом мы с де Батц уезжаем. Я уезжаю, и с ужасом осознаю, что мы прошли мимо друг друга и уже не будет в моей жизни счастья. Понимаете меня, моя дорогая!? Не слишком ли я романтичен? Пусть…И душа у меня стонет, и одиночество терзает меня. Я хочу вас найти, но с ужасом понимаю, что не помню вашего лица. И главное - больше не верю, что мы встретимся когда- нибудь. Изабелла подошла к нему и обняла. Он посадил ее к себе на колени. -Вы сделали меня счастливым. Изабелла! Могу ли я, зная об этом, ненавидеть испанца? Конечно, могу, Изабелла! Но я его понимаю, увы. -Что же теперь будет? Де Силлек скривился. -Он вновь и вновь будет приходить к вам. Он же почти открытом текстом сообщил нам об этом! -А вы? -А мне придется каждый раз скрещивать с ним шпагу! Пусть он любит вас на расстоянии! Он был прав. В тот день, когда они собирались отправиться в Париж, дон Себастьян появился на их улице во главе красочного кортежа. Сам он был великолепен в красном костюме с золотым шитьем. Один из его сопровождающих подъехал к карете, куда садилась Изабелла. -Его светлость приглашает г-на графа и его семью присоединиться к нему! – сказал он на правильном французском. Де Силлек с крайней вежливостью ответил на поклон. -Мне льстит благородное предложение его светлости, но мне думается, будет не совсем правильно, если французские подданные ведут в Париж вместе с посланниками другого государства! Они обменялись поклонами и дворянин удалился. Дон Себастьян пришпорил лошадь и проехал со своим отрядом мимо их кареты. На Изабеллу он не смотрел. Продолжение следует...

Немо: Глава 62 Настал смутный для нее момент, когда Изабелла не знала, что ей делать, как себя вести, когда логика и всяческие внутренние уговоры только добавляли тяжести в сердце. Ей все время казалось, что граф смотрит на нее горящими глазами и осуждает за каждый ее взгляд, брошенный когда- то на дона Себастьяна, за каждую улыбку, предназначенную ему, или нежное слово! Но она любит только своего мужа, и ее не за что осуждать! Или она так ослабла после родов, так измучена, что не способна логически рассуждать?! Де Силлек будто чувствовал ее смятение. -Не думай ни о чем, - ласково говорил он ей, баюкая на руках вечерами. – Доброе сердечко, моя жизнь! Моего хладнокровия хватит на нас обоих! -Но вы дрались с доном Себастьяном, а я умирала от ужаса! -Конечно, дрался! – он вздохнул. – Я хотел бы свернуть ему шею, но, черт возьми, я не сделаю этого! Убить брата друга - фи! Но не бойтесь, я больше не оставлю вас! Я давно уже заметил: стоит мне уехать хоть ненадолго, как вы начинаете воображать невесть что, дорогая! Ну, вот как сейчас! Почему вы думаете, что в чем – то виноваты передо мной? -Как вы догадались, Арман?! -Я слишком люблю вас! Клянусь честью, Изабелла, я никому не позволю забрать вас у меня! Но она почувствовала себя совершенно свободно только в Париже, когда, наконец, смогла обнять любимых детей. Лишь тогда она поняла, что может вновь наслаждаться жизнью, как никогда раньше. Внутренняя боль отпустила ее душу. Она еще не выезжала в Лувр, поэтому все время могла уделить семье - мужу и трем ее птенчикам. Она и раньше любила, когда Антуан просил родителей пригласить в гости их друзей. В этот раз она очень обрадовалась их визиту. Изабелла с Джулией уселись в кресла, взяли на руки старших малышей Реми и Рене. Рене с одинаковым удовольствием засыпал как на руках у Джулии, как на руках Изабеллы. Обеих он звал "мама". Самые младшие – Анн, Маргарита и Шарлотта спали в своих колыбельках. Антуан вместе с маленькими Изабеллой и Луизой, лежа на ковре, рассматривал книжки с картинками. Де Арамисец и де Силлек сидели у камина с бокалами вина и, не спеша, беседовали. Оба дворянина и до этого часто затевали шуточные тренировки с Антуаном на шпагах или дагах. Мальчик легко усваивал и стратегию прямого нападения отца, и хитрую стратегию ускользания де Арамисец. Порой он приглашал сразиться с ним маленькую Изабеллу, но она боялась оружия, по выражению де Арамисец как "настоящая женщина". Тогда с Антуаном вставала в пару Луиза, а их подружка следила за ними испуганными глазами и закрывала уши ладошками. Де Арамисец ободряюще улыбался дочери. Он считал, что женщина не должна управляться с оружием. -А как же я? – весело спросила Изабелла. -Вы, г-жа графиня? – де Арамисец покачал головой. - О, мы знаем, что вы неплохо фехтуете, метко стреляете, скачете верхом, врачуете, замечательно декламируете стихи, но, в общем, для женщины вы чересчур идеальны! Даже не просто идеальны, а много хуже, да простит меня ваш супруг! Вы - обаятельны. А подобная смесь для мужчин подобна смерти! Да если б вы только захотели, вы разбили бы не одно сердце только поднятием брови! -Да что вы?!- изумилась Изабелла. –Никогда бы не думала! -Я вовсе не жажду всю жизнь отгонять от дочери обезумивших поклонников и не желаю того же ее будущему супругу! Так что, пусть моя Изабелла не знает, как даже брать шпагу! Согласны со мной, дорогая моя жена? -О да! - отозвалась Джулия, смеясь. - Гиблая и стылая страсть – это не к нашей дочери! Ах, кстати, господа, вы ни за что не догадаетесь, кого я видела сегодня в Лувре! Милейшего дона Себастьяна! -Как?- удивился де Арамисец. - Не может этого быть! -Да! – важно кивнула Джулия. – Он возглавляет посольство Англии, прибывшее к нам вести переговоры по испанскому вопросу. Я рассказывала вам...В этот раз он приехал суровый, важный до невозможности. Даже я едва его узнала, а вы знаете мое изумительную память на лица! -А он вас узнал? -Конечно, нет! Он на фрейлин и смотреть не хотел, хотя наши дамы нашли его шрамы чрезвычайно загадочными! Но постойте… Жули глянула на друзей широко раскрытыми глазами. -О, боже мой! – прошептала она потрясенно. - Это же означает, граф, что он скоро явится в ваш дом! Вот незадача! -И не подумает! - запальчиво воскликнула Изабелла. – Я смею надеяться, что в этот раз ему чрезвычайно доходчиво сообщили, что ему не на что надеяться! Г-н граф и я были красноречивы…Поэтому я надеюсь, что дон Себастьян больше никогда… Взгляд де Силлек впился в лицо жены. -Поживем – увидим, - сказал он. Вошел слуга. Он сообщил, что аудиенции просит герцог Дорчестерский. У Изабеллы упало сердце. Она беспомощно перевела взор на де Силлек. Она понимала, что нельзя поддаваться эмоциям, но никакие силы не могли успокоить испуганно стучавшее сердце. -Может быть, мне уйти и забрать детей? – воскликнула она чересчур нервно. -Меня беспокоит такое ваше предложение, - сказал де Силлек медленно. – Вы что же, прячетесь от нашего гостя? Вы не уверены в себе? -Господи!- с досадой воскликнула Изабелла. – Конечно, я останусь, если вы так смотрите на мой уход. Вошедший чопорный слуга принес и поставил на стол посреди гостиной разноцветные коробки. Вслед за ним, хромая и сжимая в руках шляпу с серебряным шитьем и длинными траурными перьями, появился дон Себастьян. Он был мрачен. Он медленно осмотрел присутствующих, лишь коснувшись тяжелым взглядом профиля Изабеллы, и тут же отвернулся к троим детям. Антуан последовал примеру отца и встал. За его плечами прятались две девочки - одна в красном платье, другая, более робкая, в розовом наряде и белым передничке. -Приветствую вашу светлость в моем доме! – сказал де Силлек как обычно учтиво. Де Арамисец обнял герцога. -Рад видеть вас, брат! – сказал он и отступил.- Я вижу, переговоры между нашими королевствами идут трудно? У вас изможденный вид! -Рад видеть тебя, Генрих! Мое почтение, граф… Сударь! - неожиданно обратился дон Себастьян к маленькому Антуану. - Я привез вам лично особый подарок - посмотрите в коробке - это отличная шпага из дамасска. Зная вашего батюшку, могу утверждать, что вы также проявляете интерес к отличному оружию. Антуан легко уловил настроение отца, ибо ни тени улыбки не появилось на его серьезной мордашке. -Благодарю вас, милорд, - с чувством собственного достоинства ответил мальчик, - но я считаю недопустимым принять подарки в то время как моя дама и моя сестра остаются без них. Джулия фыркнула. -Ну конечно! – воскликнул дон Себастьян. – Я не забыл о них! Я привез подарки и прекрасным дамам. -Кроме того, - продолжил Антуан. – Я позволю себе принять что – либо от вашей светлости, только если отец разрешит мне! -Вы можете принять подарки, - кивнул де Силлек, внимательно слушающий их разговор. Похоже, он остался доволен сыном, ибо добавил, обращаясь к детям: г-н герцог наш добрый друг, крестный вашего брата Анна. Для вас же, г-жа Изабелла, милорд - дядя. Ваш батюшка имеет честь быть его братом! Антуан с поразительным чувством собственного достоинства приблизился к герцогу, чтобы принять оружие. Девочки следовали за ним. Получив прекрасные большие куклы, одетые по последней моде в бархат и тафту, они почувствовали себя свободнее и углубились в беседу с доном Себастьяном. Де Силлек и де Арамисец вновь уселись перед камином, словно находили создавшееся положение естественным. Джулия покачала головой: -Нехорошо это, если мы не проявим к герцогу должного интереса! Она вскочила и направилась к детям. Изабелла не знала, что ей делать. Чтобы занять себя, она принялась перебирать шелковые нитки и кружевную тесьму в корзинке для рукоделия, потом схватилась за книгу стихов Паскаля. Дон Себастьян подошел к камину. Ему предложили кресло. Виноватое выражение появилось в его глазах. -Простите мое нескромное вторжение, граф! Я, должно быть, нарушил ваше уединение! -Ни в коем случае! - живо ответил де Силлек. Его темные проницательные глаза следили за гостем, не отрываясь. – Пока ваша светлость не решит вытащить шпагу, вы – наш гость! Но и в этом случае - я к вашим услугам! Неожиданно дон Себастьян улыбнулся. -Вы чрезвычайно воинственны, граф! Изабелла в сердцах захлопнула книгу, которую схватила, чтобы занять руки. У нее истончалось терпение – она не могла больше глядеть, как зловеще спокойно беседуют мужчины! Губы ее задрожали от возмущения! Сейчас они начнут оскорблять друг друга и опять… -Я удаляюсь, - сказала она, прерывая мужчин. – Я очень устала. -О нет! – воскликнул дон Себастьян жалобно. – Вы же знаете, что я приехал только из-за вас! Изабелла схватилась за вспотевшие виски и сердито буркнула: -Этого следовало ожидать! Право, сударь, вам не однажды дали понять, что никто не позволит вам и дальше оскорблять людей, настроенных к вам дружески! А вы вновь… -Господь с вами, - изящно покачивая ногой, возразил ей де Арамисец. – Я не услышал ни слова оскорбления, г-жа графиня! Только признание в любви, пусть не очень изящное! За это нельзя осуждать. -Я слышал, ваша светлость уезжает через две недели? – прервал их де Силлек. – И не имеет возможности задержаться? В этом случае мы немного нарушим ритуал и крестим Анна через неделю. О времени и месте я сообщу вам через слуг… -Что я слышу! – непритворно изумился де Арамисец. – Г-н герцог станет крестным? Кого? Анна? -Да, друг мой! – подтвердил де Силлек. -Милорд как никто достоин этого! Кстати, если вам интересно, он же выбрал имя мальчику. -Де Силлек, вы поистине – великий человек! – вскричал де Арамисец восхищенно. - Брат мой, вы посетите наш дом? Вашим племянникам хотелось бы побеседовать с вами! Дон Себастьян невольно обернулся к детям, которые вместе с Джулией распечатывали все подарки. Антуан был в восторге. -Смотрите, отец! – воскликнул он, подбегая ближе. – Какой у меня клинок! Де Силлек взял оружие, рассмотрел шпагу, взвесил ее в руке. -Хорошее оружие! Узор "птичий глаз", клинок гибкий и легкий, чистый и высокий звон. Вам, сын мой, чрезвычайно повезло, что вы обладатель подобного клинка! -Я приношу вам свои извинения, граф, - хрипло, неясно, будто сквозь вату, донесся голос дона Себастьяна. – Я согласен: наш спор бесконечен и совершенно бесполезен! Продолжение следует...

Королевская Шляпница: (задумчиво-иронично) Немо, а вас нужно чуть ругнуть, чтоб вы постарались... Опасайтесь, будем ругать, чтоб с удовольствием читать.

Стелла: Интересная у нас компания незарегистрированных образовалась. Группа поддержки на чужом поле, так сказать.)))) Вы б уже все регистрировались, что ли? Немо , у вас сплоченная команда оказалась. Убедите их войти и в команду Дюмании, а то они словно клоны .

Королевская Шляпница: Я вхожу в единственную компанию - людей думающих и читающих! И ваши произведения читала, уважаемая Стелла. И развернутый комментарий тоже могу написать! А если про сайт Дюмания в инете можно прочитать отзывы, что есть там что -то интересненькое - так ли это плохо?!!!!!! Вот вы говорите чужое поле! Честное слово, я прям обиделась за Дюма ! Хотя нельзя мне уже в моем возрасте обижаться

Стелла: О, вот теперь я слышу знакомый голос.)))))

Немо: Глава 63 В тот день дон Себастьян ночь провел без сна, а утром следующего дня волновался ужасно. Ему предстояло стать крестным маленького мальчика, принять ответственность за его судьбу перед Богом и людьми. Он долго прихорашивался. Когда-то он боялся подходить к зеркалу, но сейчас серебряная гладкая поверхность благосклонно отражала не только его вечное уродство, но и синие яркие глаза, а красный шрам на щеке, удивительно, казался сегодня заживающей царапиной. А хромота… Г-жа Джулия, жена брата, кстати, всегда восторженно утверждала, что любое внешнее увечье только украшает мужчину. В этот день ей хотелось верить. В назначенное время испанец, робея, подъехал к церкви Сент-Сюльпис. Дон Себастьян не поверил своим глазам, увидев ослепительную красавицу – так красило Изабеллу платье из бирюзового тонкого атласа. Де Силлек, в лиловом камзоле, украшенном серебряным галуном, держал на руках Анна. Дон Себастьян, хромая сильнее обычного, подошел к Изабелле, чтобы поцеловать ей руку. -Вы прекрасны, - прошептал он пересохшими губами. Младенца нарекли Анн-Арман-Себастьян. Крестным отцом был герцог Дорчестерский, ему помогал г-н де Тревиль. Крестной матерью стала Джулия де Сен-Дье. Анн держал сердце дона Себастьяна обеими ручками. Тот глаз не сводил с крошки в ладонях священника. Де Силлек отошел на задний план – на фоне бирюзовых и белых одежд жены и дона Себастьяна. Он не заметил, какое восхищение этот поступок вызвал у чуткой Изабеллы. После церемонии, при выходе из церкви дон Себастьян бросил уличным мальчишкам целый кошелек с золотыми, что вызвало чрезвычайное одобрение у горожан. Гости были приглашены на праздник в дом де Силлек. Малыша унесла в детскую нянька, а взрослые остались принимать поздравления и радоваться появлению нового христианина. К дону Себастьяну сперва отношение было осторожное; присутствие английского посланника смутило Гастона Орлеанского и отца Изабеллы. Отец Жозеф появился на празднике с чрезвычайно деловым видом, поговорил с одним гостем, с другим и незаметно исчез. -Очень хорошо, что он ушел! – воскликнула Изабелла, которая устала вежливо улыбаться архиепископу Парижскому, который был другом ее отца, красавцу Гастону Орлеанскому и герцогу Алансонскому. Она с радостью убедилась, что к вечеру в ее доме остались только "свои", с которыми можно было не держать на лице любезную маску, а стать самой собой. Разговоры зазвучали громче, лучшее вино заструилось веселее, кровь забурлила в жилах с новой силой. Джулия, оглядевшись по сторонам, увлекла за собой г-на де Тревиля, который в этот час с готовностью отправился танцевать, чтоб показать молодежи, как он выразился, правильные фигуры. Дамы и господа – эти острословы и любезники, собрались вокруг. Кто – то, погорячее, уже вытащил шпагу, чтоб показать какой-нибудь старинный прием, передававшийся в семье из поколения в поколение. Изабелла смеялась, поднимая бокал, когда к ней, оставшейся на минутку в одиночестве, подошел дон Себастьян. Он был хмур, устав от комплиментов, которыми его укутывали назойливые дамы – де Сот, де Мариньи, сестра Изабеллы Анесса. По -счастью, они уже удалились. -Знаете, о чем я думаю в последнее время? - спросил он Изабеллу. Она беззаботно улыбнулась. Свет свеч золотил ее кудри, вьющиеся на висках, а глаза ее казались бездонными и прозрачно – зелеными. Она отвела волосы от щек. -О чем же, мой друг? -Я несколько лет ломаю голову над ужасным для меня вопросом - почему вы так любите г-на де Силлек. А теперь, узнав его ближе, я понял почему. Я все время наблюдал за ним, как он говорит, смотрит, смеется, дерется на шпагах. И все не мог понять, откуда у вас такая страсть к нему. Но теперь я понял, отчего вы не можете жить без него. Он определенно не вызывал у меня восторга: он любит вас. Но г-н де Силлек,… когда вы давали жизнь ребенку, заставил меня помочь вам. Более того, он просил меня дать имя Анну, он каким- то непостижимым образом понял, как это важно для меня. А я… Я бы так не смог. Да, да! Не перебивайте! Я заглядываю себе в душу и понимаю, что никогда бы так не поступил. Из-за ревности, ярости, боли. Для г-на графа не важны собственные чувства, он всегда в первую очередь думает о вас. Он готов на все. А я бы так не мог. Для таких поступков нужно иметь больше чем благородство, больше чем мужество. Граф де Силлек добрее, мудрее, самоотверженнее меня. Если б я был на его месте, мне бы и в голову не пришло держаться столь хладнокровно с тем, кто любит мою жену. А он смог переступить через ревность и боль! Я старался сделать ему больно, и добился своего…Г-н граф обожает вас, но им не владеет ненависть. По крайне мере она не в силах победить его. Могли ли вы, увидав его, не полюбить его всем сердцем? Он ведь всегда был таким? Изабелла задумчиво склонила голову набок, не отрывая глаз от сильной фигуры графа де Силлек. Он с заговорщеским видом разговаривал с де Батц и оба они посмеивались. -Да, он всегда был человеком чести. -Я знал! -Вас это мучает, дон Себастьян? -Да. Но у меня есть теперь Анн. -Вы не менее благородны, друг мой. Чтобы признать превосходство кого-то над собой, нужно великое мужество. Был уже вечер, но дети не спали. Антуан и Луиза вошли в парадную гостиную, чувствуя себя свободно с друзьями родителей. -Мама! – сказала Луиза тоненько. – Тетя Жули все время, пока тебя не было, играла мне, и даже пела твои любимые песенки, но я скучала по тому, как ты играешь! Спой мне! -Ну конечно! Изабелла села за старинный клавесин, когда- то принадлежащий матери графа, Катрин де Силлек. Возле нее устроились оставшиеся, особенно романтично настроенные гости. -Ах, мои дорогие! - воскликнула Изабелла растроганно, обращаясь к детям. – Я ужасно скучала без вас. -Правда!? -О, конечно! Я вас очень люблю! -Мы с вашей матушкой каждый день вспоминали вас, - сказал граф, подходя к ним. -Отец! – воскликнул Антуан. – Я так рад, что вы вернулись, да еще и с моим братом. Граф де Силлек с беспечным видом опустился в кресло возле Изабеллы. Он лениво листал ноты. -Только не говорите мне, дорогой мой, что вы не заступились за него! – продолжил он прерванный разговор со старшим сыном. Тот оперся о колено отца и что- то взахлеб рассказывал. Луиза, сидя на скамейке у ног матери, стала перебирать куклы. -Я спою вам! – предложила Изабелла. – Люди всегда поют, когда они счастливы, рады и довольны! -Тише, Антуан! - Произнесла Луиза важно. - Мама будет петь. Изабелла восторженно оглядела детей – своих птенчиков в уютном гнездышке. Они были такие прелестные, такие маленькие, что у нее распирало сердце от любви к ним. И бояться было нечего – рядом находился хозяин дома, граф де Силлек. Пока его руки отводят белы, пока его восхищенный взор следит за ними, мир будет сиять всеми красками радуги. А еще рядом с ними - их верные друзья, рядом с которыми не нужно рядиться в маски, говорить, сперва тщательно все, взвесив, и заученно улыбаться! Она, не отрывая глаз от мужа, запела. Дон Себастьян ни разу не слышал ее пения: нежность и радость придавало ее грудному голосу очаровательную серебристость. -Сядьте, сударь мой, и спойте Песню старую для нас. Как бывало в ночь под Пасху Ваш отец для вас певал… -Не забудь меня, Анн,- прошептал дон Себастьян почти неслышно, поднимая глаза к потолку, - ты у меня один, милый мальчик. Ты не представляешь, как мне важно, чтоб ты меня любил. Де Силлек что – то сказал Изабелле, заставив ее тепло глянуть на него и пригласил дона Себастьяна пройти с ним в кабинет. Он налил им вина. -Я счастлив, что ваша светлость согласились стать крестным моему сыну. Дон Себастьян с удовольствием выпил отличное анжуйское. -Анн – чудесный малыш! - заметил он. – Я оставлю ему все мое состояние, ведь у меня нет наследников! -Мальчик еще мал, но все - таки я думаю, его портрет получился, - сказал де Силлек.- Г-н Пуссен, талантливый парижский художник, рисовал родных почти всех моих друзей. Я тоже заказал ему портрет вашего крестника. Держите! Мне сдается, вам будет приятно держать его у себя! Дон Себастьян, бледнея, принял из рук соперника портрет мальчика, нарисованный чрезвычайно тщательно и с полным соответствием оригиналу. -Граф, вы многое сделали для меня, хотя, возможно, я не достоин многих из ваших забот…, -прошептал дон Себастьян хрипло и закашлялся. -Вы много раз спасали г-жу Изабеллу – это в моих глазах искупает...гм… многое другое! -Могу ли я просить у вас, граф, еще об одном одолжении? -Слушаю вас! -Будь я на вашем месте, я бы ни за что не согласился на подобную просьбу, но вы – человек, непохожий на меня… -Продолжайте! -Дайте мне слово, что вы однажды расскажите обо мне г-ну Анну. Когда, конечно, он будет в состоянии понимать… Я не знаю, когда еще я нанесу вам визит или когда судьба занесет вас в мой дом, открытый для вас всегда, но мне было бы приятно знать, что мальчик растет, помня обо мне! Он покраснел и с тяжелым вздохом отвернулся. Де Силлек понимающе кивнул. -Слово чести, милорд! Вот так портрет маленького Анна украсил собой створку медальона дона Себастьяна. Через два был дан обед в честь отъезда дона Себастьяна, а потом все отправились провожать его. Он должен был присоединиться к своему посольству у Сен-Антуанских ворот. -Не забывайте нас, - сказала ему Изабелла с грустью. -Я люблю вас, донья Исабель, - промолвил он дрожащим голосом. - Я люблю вас сильнее, чем час назад, чем полчаса назад. Каждая секунда служит для роста моей любви, знайте об этом. Я мысленно целую вас, мой ангел! Большего мне не позволено, но теперь я счастлив. Если будет нужна моя помощь, я приеду, брошу все, вы знаете об этом! Прощайте, донья Исабель. Он жадно припал к ее руке, выпрямился и уехал. Продолжение следует...



полная версия страницы