Форум » Болтология » Юмор-6 » Ответить

Юмор-6

Филифьонка:

Ответов - 14

Кассандра: Не могу вспомнить, было у нас это уже или нет. Пусть ещё будет. портос расшвыривал гвардейцев крича я всем ещё задам атос нашёл мгновенно повод «За дам!» я сударь крайне недоволен вы ходите к моей жене а вроде ей как раз по нраву вас бонасьёвых не поймёшь атос в пруду миледи топит клеймо заметив на плече она ему в ответ с укором за что герасим и бульбуль на вечеринке у атоса все злые трезвые сидят атос а где вино в графине она всё выжрала вчера прошу вас господа входите для вас открыт тату салон я в лилле был весьма известен миледи может подтвердить меня назвали вы рокфором я оскорблён вас ждёт дуэль рошфор простите я случайно но запашок от вас того-с хозяин к вам пришла миледи в постели ждёт сказал планше но дыртаньян опять уткнулся в планшет. а ну ка сударь защищайтесь кричит рошфору дартаньян рошфор пошёл и защитился теперь он кандидат наук скачите дартаньян скачите я задержу их ничего и тут же на пятнадцать суток атос гвардейцев задержал нет для атоса это много а вот для графа де ла фер пожалуй маловато будет как с вами сложно пить атос атос с растущим подозреньем следил украдкой за гримо гримо не отражался нынче в трюмо граф вылил в пруд ведро мазута теперь у графа черный пруд но лилии конечно плохо цветут запомни сын слова простые хомут шлея гужи супонь а то приедешь опозоришь гасконь.

Диамант: Кассандра пишет: гримо не отражался нынче в трюмо

Рошешуар: Кассандра, браво! Какие славные нынче пирожки. Кассандра пишет: а ну ка сударь защищайтесь кричит рошфору дартаньян рошфор пошёл и защитился теперь он кандидат наук граф вылил в пруд ведро мазута теперь у графа черный пруд но лилии конечно плохо цветут Особенно понравилось Ну а это, маленький шедевр))) непременно надо внедрить в повседневную жизнь в качестве очередного любимого присловья атос а где вино в графине она всё выжрала вчера

LS: С просторов ФБ. Имеет непосредственное отношение к дюманам. :) Елена Михалкова: Как-то раз меня пригласили в московскую библиотеку на встречу детских писателей. Один из них должен был читать свои произведения. А я, надо сказать, неравнодушна к детским писателям. Они в большинстве своем циничные выродки, я таких люблю. Вот и пошла. И ведь не то чтобы я была совсем отсталая женщина. Феллини обсудить могу, Тальятелле. Но в библиотеке дыхание культуры заставляло ощутить себя немытым питекантропом, ковыряющим в зубах чужим ребром. Во-первых, фотографии. Библиотека проводила выставку известного фотохудожника на тему "Моя святая Русь". Полсотни снимков, каждый размером с окно. Там было всё: золотые купола, белые церквушки, беззубые старушки с умильными морщинистыми лицами, могучие казаки в шароварах, девицы в ромашковых венках, волоокие буренки, пшеничные колосья, обязательная капля росы на траве, в которой сверкает солнечный луч, – в общем, весь тот разлюлималинистый трэш, которым заваливают фотостоки сотни владельцев кэнонов и никонов, не ведающих стыда. Во-вторых, стихи. Художник умел не только фотоаппаратом. Он ещё знал за поэзию. Каждый снимок сопровождался двустишием. Например, под фотографией зимней речки было написано: О родина! Ты вся во льду! И я в бреду к тебе иду, И блики ласково сияют, и прямо в сердце проникают. А под морщинистой старушкой – С годами мудрость накопила, в душе сокровища любви. И пусть бедны ее ладони, ты не стесняясь обними. У меня в принципе нервная система как у хомяка. Или этих, которые от стресса всю шерсть сбрасывают и копытами делают брык вверх. Шиншиллы. С возрастом еще как-то устаканилось, всё-таки трехразовое кормление – великая вещь. А тогда ещё остро на все реагировала, особенно если в непосредственной близости берёзы и старушки мироточат. В общем, я себя там чувствовала как пациент инквизиции на процедуре экзорцизма. И единственный луч надежды светил мне во всей этой сусальности – повесть детского писателя, которую автор вот-вот должен был начать читать вслух. Тут нас как раз и созвали. Рассадили кружочком. В центр вышел красивый мужчина при галстуке. Все притихли. – Сегодня, – говорит мужчина, – я почитаю вам свой новый роман. Он носит религиозно-сексуальный характер. Экспериментальная проза. Я в этот момент что-то сказала. Ну то есть как сказала… звук издала. Это был такой очень концентрированный звук. Как если бы Эдмону Дантесу объявили, что ближайшие двадцать лет он проведет в тюрьме, его отец умрет от голода, а его возлюбленная выйдет замуж за конченого урода, и у него не будет детей, а ещё его сбросят в море, но не поплавать, а в мешке для трупов, – так вот, если утрамбовать всё то, что сказал бы по этому поводу Эдмон Дантес, в одно надрывное кряканье, то как раз получился бы этот звук. Дело в том, что я человек довольно старомодных убеждений. Местами прямо-таки пуританских. Поймите меня правильно: если бы Фельтону миледи станцевала тверк, он бы тоже не обрадовался, хотя казалось бы. Я не люблю, когда мне вслух читают романы религиозно-сексуального характера. – Иннокентий предавался своей страсти, елозя по ноге избранницы, – с выражением произнёс чтец. – Няня смеялась, краснела, отталкивала Иннокентия, но порочный младенец не отступал. Либидо его, уже вполне мужское, требовало удовлетворения. Брык. Следующие двадцать минут я провела в каталептическом ступоре. Изредка из внешнего мира сквозь заслон пробивались фразы «её мраморные ляжки отняли у него дар речи» и «он взялся бестрепетной рукой». У окружавших меня людей лица были до того безмятежные, как будто в их домашней азбуке на букву К был нарисован куннилингус, а на Л – лубрикант. Нет, я хочу, чтобы вы это представили. Библиотека. Люстры. Шторы. Развязные гомосексуалисты заманивают Иннокентия в тенеты запретной любви. Студентки беспорядочно спариваются с преподавателями. А вокруг со стен колосится родина. Слезятся старушки. Посмеиваются казаки. Целомудренно сверкает роса. И блики ласково сияют, и прямо в сердце проникают. К тому моменту, когда чтец закончил первые три главы, я ощущала себя монашкой в логове демонстративных бэдээсэмщиков. В перерыве я выбралась из зала, пошатываясь и бормоча «Фрикции, фрикции! Лямур де труа!» и мимо казаков и девственниц (тьфу, черт; девиц! девиц!) добралась до выхода. – Ты лошадка? – спросила кроткая старушка-гардеробщица. Тут я озверела. – Нет, – говорю, – не лошадка! Конь, блин, Екатерины Великой. Гардеробщица, видимо, встречала в храме просвещения и не таких дебилов. – Была шапка? – терпеливо повторила она. Я покраснела, схватила шапку и выскочила на улицу. По улице шла компания крепко подвыпивших людей. Они не употребляли слов "дефлорация" и "адюльтер", а употребляли другие, гораздо более простые слова, в том числе даже и односложные. Некоторое время я шла за ними, наслаждаясь звучанием знакомой с детства речи. Потом вспомнила про шапку, лошадь и гардеробщицу и заржала так, что распугала всех алкашей. Меня тут спросили, отчего я ничего не скажу о Дне Писателя. Ну, собственно, вот.

bluered_twins: я, надо сказать, неравнодушна к детским писателям. Они в большинстве своем циничные выродки, я таких люблю Библиотека. Люстры. Шторы. Развязные гомосексуалисты заманивают Иннокентия в тенета запретной любви. А вокруг со стен колосится родина. ...В перерыве я выбралась из зала, пошатываясь... Но... мне показалось, автор получила то, что хотела?..

LS: bluered_twins Ну, да. Она прямо заявила, что слаба к детским писателям - циничным выродкам. :) Что может быть циничней запретной любви на фоне колосящейся родины? Просто в данном случае порция любимого лакомства оказалась несколько великовата. :) Впрочем, всё на любителя Однако миледи, танцующая тверк, и нечеловеческий звук, приписываемый Эдмону Дантесу, помещенные в сердце этого повествования, не могли не подействовать, как, думаю и на любого дюмана. :)

bluered_twins: LS пишет: миледи, танцующая тверк, и нечеловеческий звук, приписываемый Эдмону Дантесу Да, это очень выразительные сравнения:)) (Хотя насчет несовместимости пуритан и хорошего тверка я все-таки сомневаюсь:)

LS: bluered_twins Однако, даже намек на целомудренный стриптиз произвел на Фельтона большое впечатление. :)

LS: - Мы - четверо всадников Апокалипсиса. Вера, Надежда, Любовь... - Стоп! Четверо всадников Апокалипсиса это Мор, Война, Голод и Смерть. - Они в отпуске, но ты поверь, что мы гораздо ужасней. - Ладно. Вера, Надежда, Любовь... А четвертую как зовут? - Натаха.

anemonic: Человеки... Испанец - человек, а испанка - грипп; американец - человек, а американка - бильярд; индеец - человек, а индейка - птица; кореец - человек, а корейка - еда; болгарин - человек, а болгарка - инструмент; поляк - человек, а полька - танец; турок - человек, а турка - посуда; голландец - человек, а голландка - печка; русский - человек, а русская - водка; литовец - человек, а литовка - коса; сочинец - человек, а сочинка - преферанс; чех - человек, а чешка - обувь; китаец - человек, а китайка - яблоко; молдаванин - человек, а молдаванка - район; канадец - человек, а канадка - стрижка. И только одно исключение: москвичка - человек, а москвич - ведро с гайками!

NN: Забыли финна и финку

anemonic: Я об этом думал, но смутили две буквы "нн".

anemonic: Из "Олимпии Клевской": В третьих, он хотел продать своего коня, отмеченного, как все лошади кавалерии, клеймом – цветком лилии на крупе. А коня-то за что?

Констанс1: Одесский диалог. -Сонечка, поздравляю Вас с бракосочетанием. Но скажите как вы сумели женить на себе этого парня на 20 лет младше Вас. Наверное, в Вас есть какая-то скрытая изюминка? -Ой ,Моня, я Вас прошу! В смысле изюминок-я кекс!



полная версия страницы