Форум » Болтология » Гюго был хорошим другом Дюма. » Ответить

Гюго был хорошим другом Дюма.

nadia: Гюго и Дюма очень хорошо дружили. В Пантеоне их могилы находятся рядом. Предлагаю высказаться о творчестве Гюго.

Ответов - 176, стр: 1 2 3 4 5 6 All

К.Б.: Samsaranna пишет: Ммм, это концерт Гару в Берси 2002 года, а в зале сидит автор либретто мюзикла Люк Пламондон

nadia1976@ukr.net: Я подумала о том, какими разными были Дюма и Гюго. Разные характеры, разные темпераменты. Кстати, есть таки е типы в соционике Дюма и Гюго. Но я сейчас о другом, я говорю про этих людей, живых и настоящих. Дюма - жизнерадостный, открытый для общения, щедрый, веселый. Гюго- скрытный, весь в себе, в деньгах очень прижимист, в чувствах страстен, ветрен, как все французы, но в тоже время строг.

Стелла: nadia1976@ukr.net , вдруг подумала. что Дюма - сын больше походил характером на Гюго, чем сам папА.

nadia1976@ukr.net: Кстати, да. И его переживания по поводу того, что он незаконнорожденный. В смысле нравственном, это очень серьезный вопрос. Я знаю женщину, уже бабушку, так она до сих пор так серьезно переживает из-за того, что у нее не было отца, ну, не биологического, разумеется. Когда читаешь его "Даму с камелиями", то просто диву даешься, какая разница с отцовскими творениями. Моралист был, как не крути...

Стелла: Моралисты получаются их хорошо погулявших мужчин, так же, как хорошие жены и матери часто получаются из нагулявшихся женщин.

nadia1976@ukr.net: Я "Олимпио" Моруа читала относительно рано, многое просто не могла понять в силу нежного возраста и незнания жизни. И то что Моруа называл Гюго фавном, призывающим к себе юных нимф, я этого просто постигнуть не могла. Ну, фавн, так фавн, из греческой мифологии знала, кто такой. Думаю, что Моруа тут просто решил остаться на поверхности событий, не копать глубоко, поскольку копать глубоко там, где речь идет о людях такого пошиба, как Гюго, просто опасно. Можно наткнуться на такие пропасти и высоты, что просто головушка закружиться... На самом деле все просто, Гюго был одинокий человек в старости, увенчанный лаврами славы... Вот почему мне по сердцу такие люди, как Дюма и Гюго, это потому что говори говори, а все равно о них не наговоришься... И все-равно не докопаешься, не поставишь точки, не успокоишься...

nadia1976@ukr.net: Давно была мысль написать про "Отверженные". Я просто относительно недавно прослушала аудиокнигу. Последние главы книги, ЖАн Вальжан пришел к Мариусу признаться, кто он на самом деле. На следующий день после счастливого дня свадьбы Мариуса и Козетты. В экранизации с Жераром Депардье(моей любимой!) я обнаружила такой ляп! Мне уже указывали на него дюманы, но тогда я как- то не обратила на это особого внимания. Но теперь, когда я прослушала первоисточник, я просто в панике. Зачем было менять эти слова Вальжана Десять лет назад я не знал, что она живет на свете. Я люблю ее, это верно. Как не любить дитя, которое знал с малых его лет, в годы, когда сам уже был стариком? Когда стар, чувствуешь себя дедушкой всех малышей. Мне думается, вы можете допустить, что есть и у меня что-то похожее на сердце. Она была сироткой. Без отца, без матери. Она нуждалась во мне. Вот почему я полюбил ее. Маленькие дети так беспомощны, что первый встречный, даже такой человек, как я, может стать их покровителем. И я взял на себя эту обязанность по отношению к Козетте. Не думаю, чтобы такую малость можно было назвать добрым делом, но если это правда доброе дело, - ну что ж, считайте что я его совершил. Отметьте это как смягчающее обстоятельство. Сегодня Козетта уходит из моей жизни; наши пути разошлись.. Вместо этого на вопрос Мариуса, любит ли он Козетту, Вальжан-Депардье отвечает: "Я люблю Козетту! " Это так плоско по сравнению с тем, что у Гюго на самом то деле... Вот хороший фильм, но со своими недостатками

nadia1976@ukr.net: Потомок Виктора Гюго: «Прапрадед вел очень бурную жизнь» 00:05 09/10/2013 Валентина Оберемко Статья из газеты: АиФ №41 09/10/2013 Виктор Гюго Виктор Гюго © / Commons.wikimedia.org «Мой прадед прожил нелёгкую жизнь - его дети умерли раньше его. Для Виктора это было невосполнимой утратой», - говорит Пьер Гюго, прапра-внук писателя Виктора Гюго. Потомок великого француз-ского писателя побывает в Москве с 13 по 17 ноября, когда в Кремлёвском дворце состоятся показы оригинальной версии мюзикла «Нотр-Дам де Пари». Прототип Квазимодо Валентина Оберемко, «АиФ»: Пьер, не так давно вышло в свет продолжение «Отверженных», написанное современным французским автором. Вам оно не понравилось, и вы подали в суд, но суд проиграли. А что скажете по поводу мюзикла «Нотр-Дам де Пари»? Пьер Гюго: Нам, родственникам Виктора Гюго, мюзикл как раз очень понравился - и музыка, и слова, и костюмы, и декорации. Мы не возражали, когда появилась идея такой постановки. С тех пор я с удовольст-вием смотрел его много раз. А что касается продолжения «Отверженных», то я не говорил, что оно мне не по-нравилось. Дело совершенно в другом... Во Франции обожают Виктора Гюго и восхищаются им, наверное, так же, как в России восхищаются Львом Толстым. Кстати, Льва Толстого у нас тоже знают. И вот представьте, е-сли в свет выйдет продолжение «Анны Карениной», написанное современным писателем... К тому же мой прадед не хотел никаких продолжений! В.О. «АиФ»: Когда вы сами впервые прочли «Собор Парижской Богоматери»? П.Г.: Мне было 14 лет, когда я впервые прочёл этот роман. Конечно, романтика книги меня покорила, я влюбился в её персонажей. Но отнюдь не в роковую красавицу Эсмеральду, как многие поклонники Гюго. Больше всех мне импонируют Квазимодо и Фролло, они интересны своими характерами. Светлана Светикова: от Эсмеральды до Тересы У Квазимодо даже был прототип. Как-то моего прадеда его друг пригласил в город Авиньон. Они пошли в местную церковь, и там Виктор Гюго увидел звонаря - горбатого, с отталкивающим лицом. Так на свет появился Квазимодо. Кстати, «главный персонаж» книги - собор Парижской Бого-матери - тоже был выбран неслучайно. Прадед, называя так книгу, хотел защитить все знаменитые парижские постройки того времени от разрушения, которое могло их ожидать. Как видите, собор до сих пор стоит на месте. Мюзикл «Нотр-Дам де Пари» пользуется большой популярностью. Фото: www.globallookpress.com Большие трагедии В.О. «АиФ»: Вы как-то назвали своего прапрадеда мрачным человеком, защитником обездоленных и обиженных. Что вы имели в виду? Кстати, учитывая взгляды вашего прапрадеда на жизнь, на правитель-ство, кто-то даже называл его первым французским коммунистом. П.Г.: Прапрадед действительно всегда защищал бедных, несчастных, нуждающихся: он неизменно им помогал, даже устраивал обеды для бедных деревенских детей. Он же и писал как раз о таких людях. Но не думаю, что ему были близки коммунистические настроения. Ведь коммунистическая партия появилась уже после того, как он умер. Коллекцию Гюго продали с молотка за 3,2 миллиона евро Что касается мрачности, то он был скорее не мрачным, а очень серьёзным человеком, который в конце жизни пережил множест-во ударов судьбы. Этот период обернулся для него одной большой трагедией. Когда прапрадед уходил из жизни, все его дети уже лежали в земле: старшая дочь Лео-польдина и её муж Шарль утонули во время корабле-крушения в Сене, младшая дочь сошла с ума, ушли на тот свет двое сыновей. У него на руках умерла и подруга его жизни Жюльетта Друэ. Это было страшное время для Виктора Гюго. В.О. «АиФ»: Но ведь у него были и более радостные моменты: про вашего прапрадеда ещё при его жизни говорили, что он слишком любил женщин... П.Г.: Я бы не сказал, что прапрадед слишком любил женщин. Точнее будет так: у него было очень много женщин, и он вёл очень бурную интимную жизнь. В 83 года, незадолго до смерти, он частенько встречался с новой любовницей. Я думаю, это характеризует его с положительной стороны!

nadia1976@ukr.net: Я вот подумала, живут потомки великих людей среди наших современников, потомки Пушкина, Толстого, Гюго в данном случае. В оригинале статьи есть фотография Пьера Гюго, я невольно искала черты его великого прапрадеда, он даже чем-то похож, мне показалось. Жаль не смогла перенести фотку на форум. Но ведь тут какая штуковина.... Его дед уже стал мифом,он стал почти сказочным героем, который писал стихи, любил красоту, правду и Францию. Женщин любил, наиболее француз из всех французов А когда-то был земным человеком из плоти и крови. Как теперь его праправнук, который греется в лучах славы своего великого деда.

nadia1976@ukr.net: Я тут подумала вчера, а ведь интересная история отношений у родителей Гюго. Представьте себе такую умную, юную девицу, из дворян, которой в те лихие времена нужно было выжить, а тут появился парень военный, красивый, здоровенный. Она его не любила, мечтала о принце, вышла замуж без любви. Думаю, что отец Гюго был по-своему человек незаурядный, "пробился" в генералы, опять же стишки пописывал в молодые годы, жену, думаю, любил. Они были очень разные, в этом интрига, он - наполеоновский генерал, воплощение новой Франции, тогда много людей из народа выбилось, революция, всё старое рушилось. Она - я ее так и вижу затянутой в корсет, в парике, аристократочка, которую Лео спас, если не от гильотины, то от заброшенности и одиночества в провинции. А потом для нее появился ее герой, Виктор Лагори, вот из тех, бывших. Он был в заговоре против императора. Был заключен в тюрьму, она хотела организовать его побег, но не удалось.... Это просто просится, если не на экран, то на страницы книжки. Любовный треугольник, уж больно мне в нем нравиться Леопольд Гюго - хороший добрый рубака, но не лишен вкуса, стихи писал, помнится (нужно прошерстить материал, сейчас пишу по памяти, могу ошибиться), написал жене письмо, в котором есть строки, ну, незабываемые просто:типа ведь для нас еще не все в прошлом, давай сделаем еще ребенка, и будем вместе)))))). Вероятно, дворяночка Софи зацепила таки сердце Лео.

nadia1976@ukr.net: Хочу написать еще. Ведь все герои этого любовного треугольника просто замечательны. Софи - мать будущего поэта, именно она с детства привила ему любовь к поэзии, стихам Расина и Корнеля. Именно матери он торжественно в детстве пообещал стать великим поэтом! Примечательно то, что в личной жизни Виктора почти зеркально отразилась судьба его отца. Сначала жизнь с семьей, потом разрыв, потом Леопольд Сижизбер Гюго жил себе да поживал с такой себе Катрин Тома. Виктор Лагори расстрелян за участие в заговоре против Наполеона. Знатен, у него просто вереница имен. Крестный отец Виктора Гюго, есть сплетня, что он - отец Поэта, по крайней мере имя прославленного Поэта - это имя его крестного. Но я не верю в это, писала об этом раньше. Уж больно Виктор Гюго похож на своего отца, и не только внешне, но и по характеру. Виктор Гюго был очень страстной натурой, с самых юных лет и до старости страсти просто потрясали его. Я подумала, а чего его романы пользуются любовью читателей до сих пор? Ведь поменялись исторические декорации и не один раз, а старый Орфей живее всех живых... Ведь если подумать, сюжеты его романов до нельзя просты и даже в чем-то наивны. В чем же секрет? Да, тут еще можно добавить его любовь к историческим, философским отступлениям И тут меня осенило . Тайна пленительности его прозы в том, что даже в прозе Гюго остается поэтом. Он каким-то только ему известным образом самые простые вещи делает такими добрыми и светлыми. Предложения его очень короткие, эпитеты просты, но в этом есть какая-то магия. "Чистоту девственности сменило величие материнства", "Глина и хрусталь", "Эти две души, две трагические сестры, отлетели вместе, и та, что была мраком слилась с той, что была светом", "Любовь - вот единственное счастье на земле, остальное - юдоль слез " Это то, что врезалось в память. Очень лаконично, афористично. И причем патетика смягчается каким-то нежным светом, обаянием его стиля. Все просто, строго, гармонично, как в античном храме. Да, отец Виктор любил возвышенность стиля, помнится, Герцен смеялся над этим.... Но читатель верит в эту поэзию. Еще: Гуинплен:Отец, иногда мне кажется, что Вы волшебник.... Урсус:Может быть, я действительно волшебник! Как тут не поверить? Или: Слепой видит незримое... Я недавно нашла информацию об относительно новом фильме "Человек, который смеется" Первой мыслью было тут же качать и смотреть, но не имея такой возможности, почитала отзывы, посмотрела кадры, и ... как-то поостыла.... Не знаю буду ли смотреть фильм. Может кто видел его, буду благодарна, если поделитесь впечатлениями

Стелла: Интересно, что во Франции поэт и драматург Гюго более любим и почитаем, чем прозаик Гюго. В свое время меня поразило такое высказывание, но оно было сделано человеком очень образованным и чистопородным французом. nadia1976@ukr.net , что-то вы меня вдохновили перечитать Гюго.

nadia1976@ukr.net: Стелла, для меня это лучшая похвала Я относительно недавно слушала аудиокнигу "Отверженные", понятно, что аудиокнига - это не живое чтение.Того первого впечатления, разумеется, уже не было. Скажем так, не было упоения, было вдумчивое понимание. Много исторического материала, которого я в принципе понять не могла в 15, теперь я воспринимала на ура. Наполеон должен быть очень благодарен Гюго, этот пацифист просто воспел его. То поколение было просто в восторге от Корсиканца. Пожалуй, только один Стендаль спокойно писал о нем, оно и понятно, интендант видел войну без романтического налета. Еще помню описание пещеры спрута в "Тружениках моря". Это, пожалуй, одно из лучших описаний моря, морских глубин в мировой литературе.

Стелла: А я впервые услышала, как звучит любовная лирика Гюго на французском от этого самого француза. Случайная встреча в вагоне поезда. 69 год. Теперь обожаю его слушать в исполнении актеров " Комеди" Это - просто потрясающе, как они читают Гюго. Но перечитывать буду все подряд- начиная с самого начала. И, конечно, это будет совсем как в первый раз.

nadia1976@ukr.net: Вода, насыщенная неярким светом, походила на расплавленный изумруд. Аквамариновый оттенок неописуемой нежности окрашивал все подземелье. Округлые выступы свода, словно изображавшие мозговые полушария, были в прихотливом узоре, похожем на сеть нервных волокон, и отсвечивали теплым отблеском хризопраза. Зыбь, пробегавшая по воде, отражалась на потолке и, то дробясь, то вновь соединяясь, без устали сплетала и расплетала золотистые петли, словно в таинственном танце. Во всем этом было что-то призрачное – разум вопрошал, что за добыча – а может быть, одно лишь предвкушение ее – так веселит эту великолепную сеть живого огня. С выпуклой резьбы свода, с шероховатых стен, проникнув сквозь гранит, свисали длинные и тонкие растения, вероятно, купавшие свои корни в водах, что покоились выше; с их стеблей жемчужинами скатывались капли воды. Жемчужины падали в пучину с тихим ласковым звоном. Необъяснимое чувство овладевало человеком в этом месте. Нельзя было вообразить ничего более чарующего, нельзя было увидеть ничего – более зловещего. То был потаенный чертог смерти, – смерти торжествующей. Ослепительный мрак – вот определение этого необычайного места. Здесь чувствовалось, как бьется сердце океана. Колебание его волн то вздымало, то опускало водную поверхность в гроте с равномерностью дыхания. Беззвучно поднималась и опадала эта огромная зеленая диафрагма: казалось, здесь дышит таинственное одушевленное существо. Вода была на диво прозрачна: там и тут в глубине виднелись нисходящие ступеньки, карнизы скал, и все гуще и гуще становился их зеленый цвет. Темные провалы были, вероятно, бездонны. Низкие своды, неясно очерченные по обеим сторонам подводного портика и полные мрака, указывали на маленькие боковые гроты, лежавшие ниже главной пещеры и доступные, вероятно, лишь в пору сильнейших отливов. Над этими впадинами нависали своды, скошенные под тупым углом. Небольшие песчаные отмели шириной в несколько футов, созданные набегами моря, углублялись в эти кривые закоулки и там терялись. Кое-где морские травы длиной в туазу шевелились под водой, словно пряди волос, развевающиеся по ветру. Смутно виднелись густые чащи водорослей. Немного выше линии прилива необыкновенное, прекрасное растение тянулось бордюром на стене пещеры, над шпалерами из водорослей, как бы продолжая и увенчивая их. Это ветвистое, пышное, вьющееся и почти черное растение казалось широкой темной каймой, усыпанной мелкими ярко-синими цветами. В воде цветы словно вспыхивали голубыми угольками. Над водой то были просто цветы, а в воде – сапфиры; и волна, поднимаясь и затопляя низ пещеры, увитый этими растениями, осыпала скалу самоцветами. Каждый раз, как приливала волна, вздуваясь подобно легким, омытые водою цветы загорались; волна отливала – и цветы меркли: печальное сходство с судьбой человека. Вдох – это жизнь, затем выдох – смерть. Вот этот выделенный фрагмент я потом вспоминала не раз, как будто видела это сама. Как эти цветы загорались, а потом гасли. Это супер!

Стелла: Это настолько зрительно, что похоже на киносъемку. Он где-то это подсмотрел.

nadia1976@ukr.net: Их нужно читать троих, понятно, что не вместе Дюма, Гюго, Бальзак. Прочтя их троих, ну, разумеется не все, а так... Трилогию о мушкетерах, "Отверженные" и "Отец Горио", "Утраченные иллюзии", "Блеск и нищета куртизанок" , можно получить кайф от литературы Франции 19 века. Пожалуй я бы еще добавила "Собор Парижской богоматери" Гюго. "Отверженные", на мой взгляд, немного тяжеловесны по сравнению с "Собором" "Собор" обязателен, поскольку там Гюго краток, поэтичен, гениален.

Стелла: Я оставила в свое время собрание Бальзака в Киеве. жалею теперь.

nadia1976@ukr.net: Стелла, правда классно? Нигде ничего подобного я не читала)))) Наверное, он это видел сам. А еще прикольно, как Гюго, этот неисправимый сластолюбец, пишет о любви. Я чего-то подумала про "Человека, который смеется". Там так поэтично и в то же время просто написано про отношения Гуинплена и Деи. Там так уютно в их Зеленом ящике. С ворчащим Урсусом и Гомо. Так хорошо. Они так счастливы.

Стелла: Такое придумать нельзя. А вот память у него фотографическая. Вообще, этот отрывок весь настолько проникнут ощущениями не только зрительными: я даже запах водорослей учуяла. И это колыхание воды, дыхание моря. Море - это что-то невероятное, это такой дар Земле...

nadia1976@ukr.net: Мне хотелось бы верить в то, что Софи Требюше все-таки хоть немного, да любила своего мужа. У них было трое детей, генерал Гюго был хорошим отцом, об этом можно судить по тем немногим сведениям, которые дошли до нас. Старшего сына Абеля он "продвинул" по военной линии. Несчастного Эжена забирал к себе, в надежде на то, что бедняга придет в себя, не видя счастливых новобрачных Виктора и Адели. Думается о том, что брак их был вот каким-то проклятым, что ли. Виктор так мечтал об этом, а на следующий день после свадьбы его брат тронулся умом. У всех детей Адели и Виктора трагичная судьба. Генерал Гюго заботился и о младшеньком. Как человек военный, он не понимал, как можно зарабатывать себе на жизнь стихами. Хотел для сына иного будущего. Думаю, поспорили они по этому поводу достаточно. Но их помирило то, что сын стал убежденным бонапартистом, а для человека, восхищающегося Наполеоном, папа-генерал - предмет обожания.

Стелла: Почему-то мне подумалось, что моралист от литературы в жизни должен быть полной противоположностью. Иначе его книги будут пресными. Не пройди он через все бури, читатель никогда не поверит тому, что он пишет.

nadia1976@ukr.net: Стелла пишет: Не пройди он через все бури, читатель никогда не поверит тому, что он пишет. Типа настоящие святые получаются из порядком нагрешивших грешников? А в этом что-то есть...Да, наверное. Но мне еще кажется, что в нежных описаниях трепетной любви чувствуется сожаление автора, что такие переживания для него уже утрачены. Время их с Аделью весны давно уже в прошлом. Где мои семнадцать лет? На Большом Каретном... Но Гюго по характеру таков, что если страсти нет, он ее выдумает, и будет воспевать в стихах птичьи гнезда и т.д.... А сам будет вздыхать о недостижимом идеале, о рае, о счастье.

Стелла: Я не верю в святых, если они не прошли всех искусов жизни. Просветление приходит после бури.

nadia1976@ukr.net: Я вчера, возвращаясь домой, обдумывала наш разговор, и так незаметно додумалась вот до чего))))) У Гюго в произведениях воспевается любовь нежная, святая, автор намеренно избегает чувственности в отношениях. У него почти все герои девственники. Я думала об этом раньше, но не могла понять, зачем он так пишет? Тут мне подумалось, что для него, лично для него, вот такая любовь, еще не познавшая грешности, чувственности, это -самое большое счастье, его пик. Эсмеральда любила Феба всей душой, она хотела быть с ним, случайность оставила ее неискушенной, автор сделал ее по-своему счастливой, любовь в ее высшем проявлении, безгрешная. Гуинплен и Дея, они познали любовь, они были на пороге супружества, автор остановил их на этом этапе. Помните, одна глава называется "Счастье на земле", а следующая, где Дея умирает, "Нет, на небесах". Автор дал героям испытать всю глубину чувства, всю его красоту и полноту, но он останавливает их, не дав им испытать земной любви. Поскольку для него, вполне испытавшего земную страсть, идеалом счастья, его высшим проявлением остается вот то воспоминание о любви его и Адель, когда они были детьми и любили друг друга. Это как для Дюма обителью счастья было поместье Портоса, поскольку там прошло детство автора. Нигде больше и ни у кого я не читала больше таких описаний райского жилища, как поместье Портоса. Так вот для Гюго, лично для него вот такая любовь есть вершиной человеческого счастья, его высшим проявлением. В "Отверженных" он делает своих героев мужем и женой. Но не забываем, там главный герой - Жан Вальжан, который страдает от того, что для него утрачено как раз это счастье, любви без чувственности, любви как нравственного переживания. Выпадает из этого ряда "Девяносто третий год". Но только на первый взгляд... В этом романе очень ярко изображена автором прекрасная дева-Республика. И кто же любит, обожает ее? Ну, конечно, это Говен и Симурден. Только делают они это по-разному. Для Говена - это прекрасное видение - Республика милосердия, он готов сложить свою жизнь ради будущего без крови и насилия. Это чистое, нежное, святое чувство. Для Симурдена любовь к республике - не менее сильное чувство, но оно грешное, поскольку оно окрашено насилием. Тут можно провести параллель Квазимодо - Клод. Герои необычно похожи. Только на разных уровнях, в разных обстоятельствах. Вряд ли Гюго нарочно так придумывал, просто он строил сюжет, как ему на душу легло, а получалось именно так. С другой стороны, если бы у них с Адель все сложилось(что было просто невозможно), то может быть Виктор так не переживал об утрате первой безгрешной любви, что почти в каждом его романе она присутствует. Это ж в каком состоянии почти постоянного стресса находился Гюго, в душе которого уживались такие противоречивые моменты. С одной стороны - воспоминания об утраченном счастье, безгрешная любовь - как абсолют, как идеал, как наивысшее проявление счастья. А с другой стороны - его чувственность, которой он никогда не противился, чувственная любовь, для него просто необходимая, чтобы писать стихи, как сила, которая питала его творчество.

Стелла: Это ж в каком состоянии почти постоянного стресса находился Гюго, в душе которого уживались такие противоречивые моменты. С одной стороны - воспоминания об утраченном счастье, безгрешная любовь - как абсолют, как идеал, как наивысшее проявление счастья. А с другой стороны - его чувственность, которой он никогда не противился, чувственная любовь, для него просто необходимая, чтобы писать стихи, как сила, которая питала его творчество. Вот из этого стресса и рождался Гюго -писатель и поэт.



полная версия страницы