Форум » Литература » Наши любимые поэты (продолжение) » Ответить

Наши любимые поэты (продолжение)

Freelancer: Давайте в данной теме делиться своими предпочтениям в жанре поэзии. Предлагаю не ограничиваться сухим упоминанием ФИО любимого поэта, а добавить свое любимое стихотворение или хотя бы две "самых любимых" строфы из его произведений... На тот случай, если любимых поэтов несколько, напоминаю: в одном сообщении должно быть не более 1 поэта.

Ответов - 75, стр: 1 2 3 All

Констанс1: Кассандра , у Пушкина все гениально, даже «» махровый патриотизм«». Ибо это Пушкин.

Кассандра: Констанс1 , гении, они такие. Вечно-современные :-)

nadia1976@ukr.net: Пушкина открыла для себя лет в тридцать, открыла заново Мое любимое: Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит — Летят за днями дни, и каждый час уносит Частичку бытия, а мы с тобой вдвоем Предполагаем жить, и глядь — как раз умрем. На свете счастья нет, но есть покой и воля. Давно завидная мечтается мне доля — Давно, усталый раб, замыслил я побег В обитель дальную трудов и чистых нег. Это самое любимое. И еще... «Мадонна» Не множеством картин старинных мастеров Украсить я всегда желал свою обитель, Чтоб суеверно им дивился посетитель, Внимая важному сужденью знатоков. В простом углу моем, средь медленных трудов, Одной картины я желал быть вечно зритель, Одной: чтоб на меня с холста, как с облаков, Пречистая и наш божественный спаситель — Она с величием, он с разумом в очах — Взирали, кроткие, во славе и в лучах, Одни, без ангелов, под пальмою Сиона. Исполнились мои желания. Творец Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна, Чистейшей прелести чистейший образец.

nadia1976@ukr.net: Первое стихотворение - это просто супер-пупер-шедевр. Так просто гениально, я часто говорю сама себе :"На свете счастья нет, но есть покой и воля". А еще обитель дальняя трудов и чистых нег - это так чудесно! Я думаю, что для Поэта это - Михайловское, где его ждет няня, и где он будет писать стихи. Ну, в общем, это такой маленький рай!

Рошешуар: Очень люблю Пушкина))) С детства особо любимы два стихотворения Первое (вот всё в нём есть: и нежность, и юмор, и сожаление, и самоирония, и какая-то необыкновенная легкость, как оно читается вслух, как песня льется): Подъезжая под Ижоры, Я взглянул на небеса И воспомнил ваши взоры, Ваши синие глаза. Хоть я грустно очарован Вашей девственной красой, Хоть вампиром именован Я в губернии Тверской, Но колен моих пред вами Преклонить я не посмел И влюбленными мольбами Вас тревожить не хотел. Упиваясь неприятно Хмелем светской суеты, Позабуду, вероятно, Ваши милые черты, Легкий стан, движений стройность, Осторожный разговор, Эту скромную спокойность, Хитрый смех и хитрый взор. Если ж нет... по прежню следу В ваши мирные края Через год опять заеду И влюблюсь до ноября. И второе: Храни меня, мой талисман, Храни меня во дни гоненья, Во дни раскаянья, волненья: Ты в день печали был мне дан. Когда подымет океан Вокруг меня валы ревучи, Когда грозою грянут тучи — Храни меня, мой талисман. В уединенье чуждых стран, На лоне скучного покоя, В тревоге пламенного боя Храни меня, мой талисман. Священный сладостный обман, Души волшебное светило... Оно сокрылось, изменило... Храни меня, мой талисман. Пускай же ввек сердечных ран Не растравит воспоминанье. Прощай, надежда; спи, желанье; Храни меня, мой талисман. А еще, чудная автоэпиграмма: Вот перешед чрез мост Кокушкин, Опершись ж*** о гранит, Сам Александр Сергеич Пушкин С мосьё Онегиным стоит. Не удостоивая взглядом Твердыню власти роковой, Он к крепости стал гордо задом: Не плюй в колодец, милый мой.

Стелла: Автоэпиграмму до сего дня не читала.)))) Ай да Пушкин! Ай да провидец!

Atenae: И снова "наше всё". Очень люблю эти строки из гимна чуме: Есть упоение в бою, И бездны мрачной на краю, И в разъяренном океане, Средь грозных волн и бурной тьмы, И в аравийском урагане, И в дуновении Чумы. Все, все, что гибелью грозит, Для сердца смертного таит Неизъяснимы наслажденья — Бессмертья, может быть, залог! И счастлив тот, кто средь волненья Их обретать и ведать мог.

nadia1976@ukr.net: Да))))) А еще "Моцарт и Сальери". Тоже шикарная вещь.

Орхидея: Atenae, тоже очень люблю эти строчки. Да всё, что вошло в "Маленькие трагедии" просто шедеврально! А "Пир во время чумы" меня очень впечатлил, драматично, жутко и завораживающе.) Я потом долго отходила.)) А "Скупой рыцарь" чего стот, особенно нравится монолог скупца, как Кощей чахнущего над златом.

Стелла: Фильм Швейцера помните? Совершенно гениальное воплощение " Маленьких трагедий". Все же есть шедевры, сделанные по шедеврам литературы.

Atenae: Швейцер, кстати, изменил драматургию "Пира" простой перестановкой сцен, а идея сменилась радикально. Вальсингам, опять же, Трофимов.

Орхидея: Да, фильм прекрасный! Я когда первый раз смотрела, ночью уснуть не могла, была под впечатлением.)))

Кассандра: Александр Блок. СКИФЫ Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы. Попробуйте, сразитесь с нами! Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы, С раскосыми и жадными очами! Для вас - века, для нас - единый час. Мы, как послушные холопы, Держали щит меж двух враждебных рас Монголов и Европы! Века, века ваш старый горн ковал И заглушал грома, лавины, И дикой сказкой был для вас провал И Лиссабона, и Мессины! Вы сотни лет глядели на Восток Копя и плавя наши перлы, И вы, глумясь, считали только срок, Когда наставить пушек жерла! Вот - срок настал. Крылами бьет беда, И каждый день обиды множит, И день придет - не будет и следа От ваших Пестумов, быть может! О, старый мир! Пока ты не погиб, Пока томишься мукой сладкой, Остановись, премудрый, как Эдип, Пред Сфинксом с древнею загадкой! Россия - Сфинкс. Ликуя и скорбя, И обливаясь черной кровью, Она глядит, глядит, глядит в тебя И с ненавистью, и с любовью!... Да, так любить, как любит наша кровь, Никто из вас давно не любит! Забыли вы, что в мире есть любовь, Которая и жжет, и губит! Мы любим все - и жар холодных числ, И дар божественных видений, Нам внятно всё - и острый галльский смысл, И сумрачный германский гений... Мы помним всё - парижских улиц ад, И венецьянские прохлады, Лимонных рощ далекий аромат, И Кельна дымные громады... Мы любим плоть - и вкус ее, и цвет, И душный, смертный плоти запах... Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет В тяжелых, нежных наших лапах? Привыкли мы, хватая под уздцы Играющих коней ретивых, Ломать коням тяжелые крестцы, И усмирять рабынь строптивых... Придите к нам! От ужасов войны Придите в мирные обьятья! Пока не поздно - старый меч в ножны, Товарищи! Мы станем - братья! А если нет - нам нечего терять, И нам доступно вероломство! Века, века вас будет проклинать Больное позднее потомство! Мы широко по дебрям и лесам Перед Европою пригожей Расступимся! Мы обернемся к вам Своею азиатской рожей! Идите все, идите на Урал! Мы очищаем место бою Стальных машин, где дышит интеграл, С монгольской дикою ордою! Но сами мы - отныне вам не щит, Отныне в бой не вступим сами, Мы поглядим, как смертный бой кипит, Своими узкими глазами. Не сдвинемся, когда свирепый гунн В карманах трупов будет шарить, Жечь города, и в церковь гнать табун, И мясо белых братьев жарить!... В последний раз - опомнись, старый мир! На братский пир труда и мира, В последний раз на светлый братский пир Сзывает варварская лира! 1918

Señorita: Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес, Оттого что лес -- моя колыбель, и могила -- лес, Оттого что я на земле стою -- лишь одной ногой, Оттого что я тебе спою -- как никто другой. Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей, У всех золотых знамен, у всех мечей, Я ключи закину и псов прогоню с крыльца -- Оттого что в земной ночи я вернее пса. Я тебя отвоюю у всех других -- у той, одной, Ты не будешь ничей жених, я -- ничьей женой, И в последнем споре возьму тебя -- замолчи! -- У того, с которым Иаков стоял в ночи. Но пока тебе не скрещу на груди персты -- О проклятие! -- у тебя остаешься -- ты: Два крыла твои, нацеленные в эфир, -- Оттого что мир -- твоя колыбель, и могила -- мир! М.Цветаева

Паж герцога: Пускай меня простит Винсент Ван-Гог За то, что я помочь ему не мог, За то, что я травы ему под ноги Не постелил на выжженной дороге, За то, что я не развязал шнурков Его крестьянских пыльных башмаков, За то, что в зной не дал ему напиться, Не помешал в больнице застрелиться. Стою себе, а надо мной навис Закрученный, как пламя, кипарис. Лимонный крон и тёмно-голубое, – Без них не стал бы я самим собою; Унизил бы я собственную речь, Когда б чужую ношу сбросил с плеч. А эта грубость ангела, с какою Он свой мазок роднит с моей строкою, Ведёт и вас через его зрачок Туда, где дышит звёздами Ван-Гог. Арсений Тарковский.



полная версия страницы