Форум » Диссертации, догматические и умозрительные » Комментарии к трилогии о мушкетерах, которых недостает » Ответить

Комментарии к трилогии о мушкетерах, которых недостает

LS: Предлагаю в эту тему складывать комментарии, обнаруженные нами в различных источниках, которые следовало бы поместить в трилогию о мушкетерах. Это должны быть комментарии, которых там не хватает или которые слишком скупы. Предлагаю также указывать, к какой главе какой из книг трилогии относится данный комментарий. И если есть возможность, назвать источник, откуда позаимствованы сведения. Кто знает, быть может, с годами мы с вами подготовим идеальное издание?

Ответов - 158, стр: 1 2 3 4 5 6 All

LS: Йоханна В контексте рассказанного в Реляции, этот монастырь должен был славиться монахами-врачевателями, или монахами, сопровождавшими войска в походах. Ничего такого не было? Немедленно бросайте всё, и займитесь специальностью, наконец! ;)

Йоханна: LS Вы что, я даже не смогла выяснить, какой конгрегации принадлежал этот монастырь :((( У него две главные достопримечательности - Ронсар и розы. Еще то, что в 1565, кажется, году аббат Ронсар принимал в этом монастыре Екатерину Медичи и Карла IX. Может быть, если очень хорошо покопаться в французском Интернете, что-то и выяснится, но французского я не знаю... А специальность-то у меня - история зарубежной литературы... :)))

Йоханна: Продолжаю готовиться к экзамену по специальности... :) "Три мушкетера", глава "Возвращение" Что станем мы делать с одной лошадью на двоих? Не смогу же я сидеть сзади вас - мы были бы похожи на двух сыновей Эмона, потерявших своих братьев. Это, как правило, комментируют (хотя в моем издании 2008 года с иллюстрациями Лелуара комментария нет), но не совсем адекватно. Атос ссылается на эпическую поэму "Четыре сына Эмона" (она же - "Рено де Монтобан"), в которой повествуется о Рено де Монтобане и его братьях - Аларде, Гвишаре и Ришаре - и об их многолетней распре с Карлом Великим. Рено владеет конем Баярдом, понимающим человеческую речь и способным, в случае надобности, нести всех четырех братьев. Обычно их и изображали вчетвером верхом на Баярде. Например, так: и На правах самопиара :) http://arandilme.livejournal.com/tag/renaud+de+montauban - подробный рассказ о поэме и ее использовании в литературе Возрождения. С иллюстрациями :)

Медведев: Евгения пишет: "Атос, Портос, до скорой встречи. Арамис, прощай навсегда!" Действительно, много проясняющее замечание французского Дюмана! Таким образом - точно, ВЕРНО, красиво и весьма изящно! - должно звучать по-русски: "Атос, Портос, до скорой встречи. Арамис, прощай и да хранит тебя Господь!"

LS: "Три мушкетера". "Приемная де Тревиля" ... кое-кто распевал песенки о его возлюбленной , г-же д'Эгильон, и о его племяннице, г-же де Комбалэ... Видимо, здесь ошибка Дюма: герцогиня д'Эгильон (д'Эгийон) и г-жа де Комбале - одно и то же лицо, племянница Ришелье.

LS: "Двадцать лет спустя". гл. "Remember!" ...Прибыли дети короля - принцесса Шарлотта и герцог Глостер. Похоже, здесь еще одна ошибка: дочери по имени Шарлотта у короля не было. Видимо речь идет о принцессе Елизавете.

LS: "Двадцать лет спустя", гл. "Письмо Карла Первого" Женщине можно было дать лет сорок, а молодой девушке не более четырнадцати. Генриетте Английской, дочери Карла Первого, о которой Дюма ведет речь, и которая впоследствии появится в романе "Виконт де Бражелон", во времена, описываемые в "Двадцать лет спустя", было пять лет. Поправки к тексту трилогии в последних трех постах, сделаны благодаря сообщениям Snorri, которые отыскались в старых темах.

LS: "Три мушкетера" гл."Три дара г-на д'Артаньяна-отца" В первый понедельник апреля 1625 года Некоторые первые издания романа начинаются словами "В первый понедельник апреля 1626 года". С точки зрения исторической хронологии эта датировка более точна - гвардия у кардинала Ришелье появилась именно в 1626 году, после заговора Шале. Об этом можно прочесть в теме "Разночтения в текстах", сообщение Antoinette и в биографиях Ришелье (Блюша и Черкасова).

LS: "Двадцать лет спустя" гл."Фелука "Молния" - Порто,- отвечал он. Здесь, по всей видимости, еще одна историческая неточность автора: впервые современным именем "порто" была названа партия вина, направленная в Голландию лишь в 1675 году. Благодарю Теофраста Ренодо за материл в "Gazette", позволивший внести это уточнение.

LS: "Двадцать лет спустя", гл. "Аббат Скаррон" И мне ль сулить себе успех, Задумавшись близ вас, Мария... Возможно в этом стихотворении Вуатюр, обращаясь к Анне Австрийской, использует одно из ее имен. Полное имя королевы - Анна-Мария-Маурисия.

LS: В теме "Ошибки Дюма" Евгения пишет: "Три мушкетера", гл."О том, как канцлер Сегье не мог найти колокол...". Пьер Сегье занял должность канцлера в 1635 году, то есть на 10 лет позже событий, описанных в книге. (Источник: Т.Ю.Стукалова "Введение в средневековую французскую архонтологию").

Жак: Йоханна пишет: Что станем мы делать с одной лошадью на двоих? Не смогу же я сидеть сзади вас - мы были бы похожи на двух сыновей Эмона, потерявших своих братьев. Может быть, заинтересует: Сыновей Эмона (или Лимона) - герои средневекового французского эпоса, повествующего о борьбе герцога Эмона и его четырех сыновей с Карлом Великим. Из французских эпических сказаний эта поэма пользовалась особенной популярностью и в XVI в. была обработана в форме прозаической народной книги. История одного из сыновей Эмона, Репе де Монтобана, получила широкую известность за пределами Франции и была воспета в народных испанских романах (упоминаемых, между прочим, в "Дон Кихоте"), в поэмах Боярдо, Ариосто, Тассо (где он называется Ринальдо) и др. Советскому читателю эта поэма знакома по вольному переложению отрывка из нее, сделанному О. Э. Мандельштамом ("Стихотворения". Л. , 1973, с. 233-235)

Dirry_Moir: LS пишет: В теме "Ошибки Дюма" Евгения пишет: цитата: "Три мушкетера", гл."О том, как канцлер Сегье не мог найти колокол...". Пьер Сегье занял должность канцлера в 1635 году, то есть на 10 лет позже событий, описанных в книге. (Источник: Т.Ю.Стукалова "Введение в средневековую французскую архонтологию"). Так и эпизод с "поисками колокола" произошел в 1637 году, причем речь шла о переписке с кардиналом-инфантом, а не с Бэкингемом. Вот так описывает эту коллизию Черкасов: Положение Франции на исходе 1637 года продолжало оставаться серьезным. Что касается самого Ришелье, то в уходившем году он пережил очередной (который уже по счету!) заговор. В центре его — Анна Австрийская, предпринявшая попытку вбить клин между внушавшим ей постоянный страх, ненавистным кардиналом и нелюбимым, презираемым мужем. Она всерьез вознамерилась положить конец этому тандему, управлявшему страной вот уже тринадцать лет. Трудно сказать что-либо определенное относительно дальнейших планов королевы в случае, если бы ей удалось осуществить задуманное. Ведь ее собственная судьба висела на волоске отнюдь не из-за происков кардинала, а по причине глубокой антипатии, которую испытывал к ней сам король. Королеве еще предстояло убедиться в том, что Ришелье скорее ее союз¬ник, нежели противник. Единственное, что создавало не¬преодолимую преграду между Анной Австрийской и кардиналом Ришелье, — это отношение к Габсбургскому дому. Судя по документам восьмитомной публикации писем и деловых бумаг Ришелье, кардиналу стало известно о тайной переписке Анны Австрийской с ее родственниками в Мадриде и Брюсселе еще осенью 1636 года. Сам по себе факт такой переписки не представлял бы ничего особенного, если б не два обстоятельства: во-первых, Франция находилась в состоянии войны с Испанией, а во-вторых, содержание писем — кардинал приказал перлюстрировать всю корреспонденцию королевы — со всей очевидностью свидетельствовало, что Анна Австрийская намеревалась склонить Людовика XIII к невыгодному для Франции миру с Габсбургами, предварительно добившись удаления Ришелье. Таким образом, речь шла об антигосударственной деятельности королевы, представлявшей угрозу интересам Франции. Ришелье тщательно скрывал от Анны Австрийской, что ему известно о ее намерениях. Кардинал хотел получить как можно больше сведений. В переписке со своими помощниками и агентами Ришелье из соображений конспирации именовал королеву вымышленным именем «месье де Генелль». В письме к Шавиньи от 29 октября 1636 г. он предупреждал: «Остерегайтесь, когда вы разговариваете с месье де Генеллем. Самое лучшее, если вы не будете вообще обсуждать с ним что бы то ни было...» Из письма к Шавиньи от 2 ноября того же года: «Из последних перехваченных писем из Фландрии для Генелля следует, что ожидаются события, которые сделают их (испанцев. — П. Ч.) полными хозяевами положения на поле битвы; в них (письмах. — П. Ч.) высмеивается военная мощь Франции... В самом деле, месье де Генелль не заслуживает снисхождения...» В письме к тому же Шавиньи от 18 ноября 1636 г., напомнив о недавнем погашении 800-тысячного долга «месье де Генелля» из государственной казны, Ришелье раздраженно заметил, что «...не представляется далее воз¬можным оставлять дверь открытой для подобного безобразия». Интересы дела, однако, взяли верх над понятным раздражением. Кардинал продолжал внимательно следить за перепиской королевы, которая заверяла своих братьев Филиппа IV и дона Хуана Австрийского в скором прекращении войны. Все письма королевы Франции направлялись в Брюссель на имя маркиза Мирабеля, бывшего посла Испании в Париже. Анна Австрийская и не подозревала, что некоторые из ее доверенных слуг, которым она поручала доставку писем, завербованы отцом Жозефом. Единственным, кого не удалось подкупить, был дворянин де Лапорт, безусловно преданный королеве. Тогда его решили изолировать. Во время одной из поездок в Брюссель Лапорта схватили и доставили в Бастилию. Там его поместили в камеру, в которой до него долгие годы про¬вел алхимик Дюбуа, тщетно пытавшийся до самой смерти получить золото для Ришелье. Среди прочих у Лапорта было изъято письмо Анны Австрийской к герцогине де Шеврёз — злейшему врагу Людовика XIII и кардинала. Собрав достаточно компрометирующих улик, Ришелье сообщил обо всем королю, который приказал канцлеру Сегье лично допросить королеву. Первый допрос состоялся 14 августа 1637 г. Надо сказать, что Сегье с самого начала повел дело весьма неумело, что дало возможность королеве все начисто отрицать. Уже на следующий день Анна Австрийская обратилась с письмом к самому Ришелье, заверяя его в том, что ее оговорили и что она никогда и не помышляла о какой бы то ни было антигосударственной деятельности. Письмо было отправлено с секретарем королевы, который по возвращении доложил своей госпоже, что у кардинала есть неопровержимые доказательства ее тайных связей с врагами короля Франции. Тогда королева решает лично встретиться с Ришелье и приглашает его к себе. Ришелье подробно описал в «Мемуарах» эту встречу. Увы, это единственный источник, который нельзя перепроверить. Кардинал ясно дает понять Анне Австрийской, что ему известно все, вплоть до мельчайших подробностей. Королева признается, что вела переписку со своими родными, но ничего дурного в этом не видит, поскольку речь в письмах шла исключительно о семейных проблемах. Она еще тешит себя надеждой, что Ришелье знает гораздо меньше, что он просто шантажирует ее. Тогда кардинал сообщает Анне Австрийской о некоторых деталях. Королева явно смущена, она меняет тактику и начинает признаваться только в том, что, как она поняла, известно Ришелье. Постепенно Ришелье расширяет круг обсуждаемых вопросов, предлагая королеве объяснить, зачем ей понадобилось отговаривать Карла I от заключения союза с Францией против Габсбургов, какую роль в антифранцузских происках играет герцогиня де Шеврёз, что Ее Величество имеет в виду, обещая своему брату кардиналу-инфанту скорую. встречу в Париже... Вопросы, один другого убийственнее, не оставляют Анне Австрийской ни малейшей надежды. Ришелье доводит королеву до полного изнеможения, требуя назвать фамилии, даты, каналы связи и т. д. Он подводит ее к признанию антигосударственного характера ее «семейной» переписки. Анна Австрийская поняла, что ее ожидает: в лучшем случае — заточение в монастырь, а то и скандальное судебное разбирательство. Презрев достоинство, королева падает на колени и пытается целовать руки кардинала, в слезах умоляя заступиться за нее перед мужем, который, она это знает, не простит ей государственной измены, как не простил ей Бекингема. Кардинал, по его собственному признанию, не позволил королеве целовать его руки, поспешил поднять ее и заверил в своем полном содействии. Тем не менее истерика, спровоцированная самим Ри¬шелье, прекратилась не сразу. Министр настоятельно советует королеве признаться во всем Людовику XIII. Это будет тяжело, но это единственное, что может помочь ей в создавшемся положении. Объяснение Анны Австрийской с королем было тя¬гостным для обеих сторон, а также для присутствовавшего при разговоре Ришелье. Людовик XIII слушал признания королевы, не удостаивая ее ни единым словом. Весь его вид говорил, что он не намерен прощать жену. Тогда за дело принимается Ришелье. Он доказывает королю, что в данном случае семейные счеты должны отойти на второй план — интересы государства превыше всего. Расторжение брака вызовет скандал во всей Европе, и, скорее всего, папа римский не утвердит его. К тому же оно крайне несвоевременно в обстановке войны. Поэтому король поступит мудро, если простит раскаявшуюся королеву, а там, Бог даст, родится и наследник. Никто не должен знать о конфликтах в королевской семье, так как враги Франции могут попытаться использовать их в своих коварных целях. Таков был смысл страстной проповеди Ришелье в защиту — но не в оправдание — Анны Австрийской. Зачем кардиналу понадобилось защищать интересы королевы, которая почти не скрывала своей ненависти к нему? Конечно же, он руководствовался исключительно государственными соображениями, а не какими-то романтическими чувствами к этой женщине, как это лю¬били подчеркивать литераторы и некоторые историки. Возможно, Ришелье действительно питал слабость к Анне Австрийской как к красивой женщине, но его политические идеалы и программа действий, которыми он руководствовался в течение всего своего правления, никогда и ни в чем не совпадали со взглядами и устремлениями королевы. Ратуя за сохранение брачных уз между Людовиком XIII и Анной Австрийской, Ришелье прежде всего хотел свести к минимуму шансы на престол Гастона Орлеанского — своего куда более опасного противника. С Анной Австрийской кардинал надеялся поладить даже в случае преждевременной смерти Людовика XIII. Но успех их будущего сотрудничества в значительной степени зависел от того, сумеет ли королева подарить стране наследника. В защите интересов будущего дофина от всех возможных притязаний Ришелье усматривал основу согласия между ним и королевой. А появление на свет желанного наследника впрямую зависело от сохранения брака Людовика XIII с Анной Австрийской, на что и употребил все свои усилия расчетливый министр-кардинал. Ему удалось убедить короля примириться с королевой после того, как Анна Австрийская под диктовку Ришелье написала письменное покаяние и обязательство впредь быть безукоризненно лояльной по отношению к Людовику XIII и Франции. Экземпляр этого удивительного исторического документа до сих пор хранится в Национальной библиотеке в Париже. Внизу можно прочесть собственноручную приписку Людовика XIII, соизволившего милостиво простить «нашу дражайшую супругу». «...Мы заявляем, — написал король, — что готовы полностью забыть все, что произошло, никогда не вспо¬миная; также мы желаем жить с ней, как добрый король и добрый муж должен жить со своей женой». Инцидент исчерпан.

david: Хочу не столько поместить комментарий, сколько описать его наличие в простеньком бумажном издании "Трех мушкетеров" (1998 г. (?)), предисловие и комментарии J.Goimard, "ключ к сочинению" C.Aziza. Итак, содержание: Предисловие (47 с.), содержащее описание следующих групп людей (la bande) незаконнорожденных, revenantes (? - не привидений), мл. сыновей (кадетов), молодых людей, Дюма (имеются в виду родственники), бродяг, поэтов, наставников, вельмож, дам, мушкетеров, слуг, негров, наследников. Осада Ла Рошели (карта) Поездки мушкетеров вне Парижа (карта) Места в Париже, описанные в романе (карта и легенда к ней) Собственно текст "Трех мушкетеров" (705 с.) Приложение 1 "Сообщение" (начало "Истории одной смерти...") Примечания (15 с.) Ключ к сочинению (36 с.) 1. Даты Название Структура произведения 2. Чтение (описание персонажей) 3. Продолжение ("Три мушкетера" в кино, на сцене - в частности, приведены 2 и 3 сцены 1-го акта "Юности мушкетеров", в литературе - в частности, приведен отрывок из "Трех маленьких мушкетеров" (1882г.) и текст Ж.Ренара (1906 г.) "Мариетта и мушкетеры" и др.) Историческое и литературное досье (115 с.) Хронология и даты биографии (Дюма) Хронология и даты биографий (персонажи романа) Дюма и история Источники романа - Людовик 14 и его двор - Мемуары д'Артаньяна Созревание романа - (до) рукопись Маке - (после) Юность мушкетеров (несколько сцен) Продолжение романа (теле-, фильмо-, сцено- и т.д. графии) А все вместе, под одной обложкой - очень полезно и интересно...

LS: david пишет: все вместе, под одной обложкой - очень полезно и интересно... Еще бы... Еще бы прочесть это...

david: LS пишет: Еще бы прочесть это В чем прелесть справочной литературы - ее не надо читать "от корки до корки" (хотя, бывает, и от энциклопедии не оторвешься). Важно знать "что где лежит" и по мере надобности пользоваться. Данной книжулей я по-чуть-чуть пользуюсь...

LS: david david пишет: Данной книжулей я по-чуть-чуть пользуюсь... Когда в очередной раз будете пользоваться, поделИтесь, пожалуйста! Не жадничайте! :) Меня давно занимает один вопрос. Очередное перелопачивание темы "Д.Циммерман. Александр Дюма Великий" снова активизировало его. Не знаю куда его повесить. Будем считать, что из этого может родиться новый комментарий к трилогии, поэтому вывешу сюда. Циммерман помог разгадать тайну даты 13 июля. Оказалось, что в это день за несколько лет до создания "Трех мушкетеров" погиб близкий друг Дюма герцог Фердинанд Орлеанский. Выяснилось, что 13 июля - роковой для Атоса день - не случайная дата. Значит, и другие даты не случайные? К примеру, что могло бы значить в жизни Дюма 11 октября?

Atos: LS, да, очень интересно... если и другие даты -- не просто так, то, наверное, нужно искать в биографии или его сочинениях на тему собственной личной жизни

Сиринга: Сюзанна дю Плесси-Бельер (В книге "Виконт де Бражелон, или 10 лет спустя", она появляется под именем Элиза). Сюзанна де Брюк де Монплезир (1599 - 1705?).Была женой маркиза Жака дю Руж дю Плесси-Бельер. В 1654-ом году овдовела. Маркиза дю Плесси-Бельер была хозяйкой одного из первых литературных салонов того времени, водила знакомство с такими известными людьми как маркиза де Севинье, мадам де Лафайет и мадемуазель де Скюдери. Также она была любовницей Никола Фуке, пыталась спасти его от немилости короля Людовика XIV-го в 1661-ом году, но ее усилия оказались тщетными. Мало того, король за эти хлопоты сослал и ее в изгнание. Правда, после из-за плохого состояния здоровья она получила послабление и смогла вернуться в Париж. Маркиза де Бельер в Википедии: http://fr.wikipedia.org/wiki/Suzanne_du_Plessis-Belli%C3%A8re

Blackbird22: Сиринга пишет: Сюзанна де Брюк де Монплезир (1599 - 1705?). Сиринга пишет: Также она была любовницей Никола Фуке, пыталась спасти его от немилости короля Людовика XIV-го в 1661-ом году Что-то сомнительно)

david: Сиринга пишет: Сюзанна де Брюк де Монплезир (1599 - 1705?). В других источниках указываются годы жизни 1608-1705, что, на мой взгляд намного логичнее (и по продолжительности жизни, и по отношениям с Фуке (1615-1680)).

LS: То есть, она была старше Фуке? А в 1661 году ей было от 53 до 62 лет? 8)

david: По арифметике получается так и поэтому год рождения 1608 выглядит логичнее 1599... (все-таки 7 лет, а не 16, хотя всякое бывало...)

david: "Виконт де Бражелон", т.2 Маркиза де Бельер утверждает, что ее муж умер два года назад (на самом деле он умер в 1654), и что ей - 28 лет! (а не 50-60). По-видимому, Дюма очень хотел романтизировать эту пару...

Сиринга: david , спасибо! Элиза де Бельер, видимо, - составное лицо. В ее "составе" - Сюзанна де Бельер и еще одна дама. Например, Люси Стюарт из того же тома = Люси Уолтер + Фрэнсис Стюарт Д'Артаньяна тоже из двоих составили, и т.д.

LS: Сиринга А можно по подробней? Кто эти дамы, и отчего Вы считаете, что они стали прототипами маркизы де Бельер? :)

david: Сиринга пишет: из двоих составили Я думаю, что даже больше. (Грешным делом, сначала решил, что перепутал (я или Дюма) маму с гипотетической дочкой - по возрасту больше подходит). И - присоединяюсь к просьбе LS...

Сиринга: LS пишет: Кто эти дамы, и отчего Вы считаете, что они стали прототипами маркизы де Бельер? :) Сюзанна дю Плесси-Бельер считается прототипом маркизы - даже в комментариях к французским изданиям Дюма. Сюзанну дю Плесси-Бельер записали в прототипы Элизы потому, что она была фавориткой Фуке, которая пыталась спасти его от ареста и разорения, и при этом маркизой дю Плесси-Бельер, вдовой. Вот отрывок из "Княгини Монако" Александра Дюма: "Излишне говорить кому бы то ни было в наш век, что г-жа Дюплесси-Бельер была любезной подругой г-на Фуке; любезность суперинтенданта проявлялась не только по отношению к его собственной персоне, но и распространялась на других, когда у него было на то желание..." Комментарий к "...Монако": "за него хлопотала г-жа Дюплесси-Бельер. — Имеется в виду Сюзанна де Брюк де Монплезир, маркиза де Плесси-Бельер (1608 — 1705) — супруга генерал-лейтенанта Жака дю Ружа, маркиза де Плесси-Бельера (1602 — 1654); близкая подруга Никола Фуке; хозяйка салона, который посещали Буаробер, госпожа де Лафайет и госпожа де Севинье; мадемуазель де Скюдери придала ее черты персонажам своих романов — Мелизанте и Мелинте; после ареста Фуке некоторое время находилась в заключении; умерла в глубокой старости." Но маркиза Элиза де Бельер по возрасту совсем не подходит к биографии Сюзанны. И я - в поиске женщины . Я ищу красавицу-вдову лет тридцати, связанную с Фуке, имеющую (возможно) английские корни, о которых в романе повествует младшая сестра Элизы Мери Грефтон. Правда, мне саму Мери Грефтон не удалось идентифицировать , тем более ее сестру. Буду рада любым предположениям!

LS: "Три мушкетера", гл. "План кампании". "Можете ехать на воды в Форж или на любые другие по вашему усмотрению" Часто в комментариях присутствует объяснение про минеральные источники в Форж-лез-О. Но на днях мне встретилась забавная информация, которой шутки ради можно было бы дополнить комментарий. Несовершенство проверенных лекарственных смесей и порошков пытались компенсировать воздействием горячих источников. Врачи и аптекари чрезвыйчайно восхваляли их задолго до мадам де Севинье, которую часто называют их первооткрывательницей. Минеральные источники рекомендовали для лечения внушительного списка недугов: колики, паралич, недержание мочи, боли в желудке. Колотых, рубленных и огнестрельных ран в этом списке нет. :) Источник - Р.Мандру, "Франция раннего Нового времени. 1500-1640. Эссе по исторической психологии." К слову. Дорога в Форж-лез-О примерно совпадает с дорогой в Кале. Возможно, поэтому Тревиль назвал этот источник.

Евгения: В главе "Обед у прокурора" г-н Кокнар восклицает: "Да это и в самом деле пир! Настоящий пир, epuloe epularum. Лукулл обедает у Лукулла." В комментариях к роману иногда пишут, что Лукулл - римский военачальник, обладавший огромным богатством и прославившийся роскошью и пирами, однако происхождение поговорки я нашла у Дюма же - в "Большом кулинарном словаре": "Однажды Цицерон и Помпей решили приехать к Лукуллу на обед на его виллу в Яичном замке. При этом они хотели, чтобы ради них он не устраивал ничего из ряда вон выходящего. Они прибыли на виллу без предупреждения, объявили хозяину свое желание и не позволили ему отдавать какие бы то ни было приказания, кроме приказа поставить на стол два дополнительных прибора. Лукулл призвал своего мажордома и произнес лишь такие слова: «Два дополнительных прибора в салон Аполлона». Но мажордом знал, что в салоне Аполлона затраты на каждого гостя составляли 25 тысяч сестерциев, или 6 тысяч франков. Так что вновь прибывшим достался лишь обед, называемый Лукуллом «малым обедом», стоимостью 6 тысяч франков на человека. В другой раз по совершенно невероятной случайности Лукулл никого не пригласил к столу. Повар пришел к нему за приказаниями. «Я один», — заявил Лукулл. Повар решил, что достаточно будет обеда за 10 или 12 тысяч сестерциев (или 2500 франков), и действовал соответственно. После обеда Лукулл снова призвал к себе повара и сурово отругал его. Повар просил прощения со словами: «Но, господин мой, вы же были один». «Именно в те дни, когда я один, следует уделять особое внимание моему столу! — воскликнул Лукулл. — Ведь как раз в эти дни Лукулл обедает у Лукулла»."



полная версия страницы