Форум » Обсуждение остальных книг » Карл Смелый » Ответить

Карл Смелый

Папаша Бюва: Прочитал эту хронику и хочу поделиться своим отзывом: "Великий герцог Запада" Так звали современники главного героя этой увлекательной хроники, посвящённой противостоянию Карла Смелого, герцога Бургундии и французского короля Людовика ХI. Те, кому понравился роман Вальтера Скотта «Квентин Дорвард», после которого, по замечанию Дюма, французы узнали, что у них тоже есть интересная история, могут с удовольствием прочитать подробнее об этих ярких исторических персонажах. Дюма в своей книге иногда делает отсылки к этому роману. Сам Дюма не так часто балует нас выходами из за пределов века 16 в древние времена, поэтому тем ценнее для нас эта хроника. Внук Изабеллы Баварской Людовик Одиннадцатый, во времена правления отца Карла VII, скрывался от него в Бургундии, поэтому герцог Филипп и его сын , будущий Карл Смелый посчитали себя уже хозяевами Франции. Но, [quote]…Этот смиренный, тихий, скрытный дофин, подъедавший крошки с герцогского стола, прекрасно видел все слабые места блистательной постройки, на вершине которой восседал добрый герцог...[/quote] Бургундцы руководили церемонией коронации Людовика и празднествах в Париже, где устроили рыцарский турнир с участием знатных бургундских сеньоров. Однако первым самостоятельным поступком короля была шутка над его участниками: [quote]«…В конце турнира появился боец, которого никто не знал, но который, доказав свое умение, был допущен к участию в поединке . Он как вихрь, кидался на противников, так что никто не мог перед ним устоять. Именно король отыскал и нанял этого опасного вояку, чтобы тот поквитался со всеми участниками турнира; сам же он в это время прятался за решетчатыми ставнями и от души смеялся, радуясь страшным тумакам, которые получали благородные рыцари...»[/quote] Король быстро стал самостоятельным, и хорошо напугал своих феодалов. Тогда они создали Лигу. В тот раз Лигу общего блага, возглавляемую родным братом короля, герцогом Гиеньским... Было необычайно интересно и увлекательно читать на протяжении всей книги, как Людовик XI, словно искусный шахматный боец расставлял, смешивал, фигуры, делал ходы, жертвуя пешками, снимая ферзей и расправлялся всевозможными способами со своими противниками, присоединяя их земли к королевскому домену, к Франции. В этой книге он несомненно затмил заглавного героя, бургундского Карла Смелого. Богатый, самонадеянный спесивый феодал, чувствуя себя сильнее Людовика, конкурировал с ним за собирание земель, и намеревался восстановить древнее королевство Бургундия. Если бы это у него удалось, то мы теперь получили между Германией и Францией не мелкие государства, а весомого политического игрока – Бургундию. Но уж слишком разнороден был состав государства: [quote]…В державе герцога Бургундского говорили по- фламандски, по-валлонски, по-голландски, по-немецки и по-французски – на пяти языках и, возможно, двадцати наречиях, то был настоящий Вавилон! При этом все там друг друга терпеть не могли, друг другу завидовали, друг друга ненавидели….[/quote] ,слишком прямолинеен и твердолоб был это правитель, и его жестокость, жестокость его бургундских наместников [quote]– Какое мне дело до того, нравится или не нравится мой губернатор моим соседям! – отвечал герцог. – Единственное, до чего мне есть дело, это нравится ли он мне![/quote] ,их жестокость в подавлении движения городов за самоуправление, возбуждала только ненависть бельгийцев, голландцев, швейцарцев. В этих странах уже тогда феодализм в основном становился прошлым веком, Людовик это понял, и давал городам различные льготы и самоуправление, сделав их опорой своего царствования, Карл до конца жизни так ничего и не понял, и упорно заливал свои города морями крови, и презирая этих «простолюдинов-пьяниц» вышел на свою последнюю битву в алмазной короне, где блистали самые крупные и дорогие алмазы мира… Человек, в поношенном кафтане и старой шляпе с иконками переиграл рыцаря в блестящих доспехах, народ Франции побеждал высокомерных феодалов... Такую вот историю нам рассказывает Александр Дюма. И делает это интересно.

Ответов - 1

Папаша Бюва: Любопытную криминальную историю в этой хронике рассказывает Дюма. Госпожа Николь де Монсоро, супруга Луи д'Амбуаза , становится любовницей брата короля, Карла, герцога Гиенского. "Между тем один достойный священник, аббат монастыря Сен- Жан д’Анжели, по-видимому возмущенный скандалом, повод к которому подавал брат короля, открыто живший с любовницей, решил пресечь этот скандал. Чтобы добиться такого благого исхода, он очистил отравленным ножом персик и предложил его фаворитке, которая после этого чахла в течение двух месяцев и умерла. Без сомнения, герцог Гиенский доел этот персик , ибо он, в свой черед, умер в след за ней". Дюма выражает уверенность , что это подстроил сам король, а аббат был его агентом. И доказывает это письменными свидетельствами. "Имел ли Людовик XI какое-нибудь отношение к этой смерти? В этом нет ничего невозможного, ибо он горячо желал ее. Все очень просто: разве не был он прежде всего отцом королевства, а не братом герцога Гиенского и разве не было доблестным поступком пожертвовать личными чувствами ради государственной необходимости? И эта необходимость самым страшным образом проявилась в смерти герцога Гиенского! Вот что король написал Даммартену: «Господин главный распорядитель! Я получил известие, что герцог Гиенский при смерти; помочь ему уже ничем нельзя: один из самых близких к нему людей уведомил меня об этом посредством нарочного; он полагает, что герцог проживет не более двух недель; больше ему не продержаться. Чтобы Вы были уверены в надежности того, кто присылает мне новости, сообщаю, что это монах, вместе с которым герцог Гиенский читает псалмы и молитвы...» Смерть герцога случилась настолько вовремя, чтобы вывести короля из затруднительного положения, в котором он находился, что мало людей, особенно из числа его врагов, считали его непричастным к этому событию. Подтверждением слуха о братоубийстве служит рассказ шута герцога, которому Дюма, впрочем, не слишком доверяет... «Шут герцога Гиенского, весьма забавный малый, перешедший после смерти своего хозяина на службу к королю, услышал, как тот, полагая, что он находится в церкви Богоматери Клерийской один, в следующих выражениях молился своей святой заступнице: “О всеблагая моя госпожа, милостивая моя повелительница, великая моя подруга, в коей я всегда нахожу поддержку, прошу тебя молиться за меня Богу и быть моим ходатаем перед ним, чтобы он простил мне смерть моего брата, отравленного мною при посредстве подлого настоятеля аббатства Сен-Жан. Сознаюсь в этом тебе как своей всеблагой заступнице и повелительнице. Но что мне оставалось делать? Ведь он только и делал, что сеял смуту в моем королевстве! Добейся же для меня прощении, а я осыплю тебя за это дарами”».



полная версия страницы