Форум » Обсуждение остальных книг » "Ущелье дьявола", "Бог располагает" » Ответить

"Ущелье дьявола", "Бог располагает"

Фаворитка: Роман "Ущелье дьвола" читала давно, интрига понравилась. О том, что существует продолжение, я тогда еще не знала. Да и сложно было представить, о чем писать продолжение. Недавно я преобрела это самое продолжение. Прочитав роман "Бог располагает", пришла к вводу, что Дюма придумал еще и жанр "мыльной оперы": женщина, которую все считают погибшей, вдруг через много лет снова появляется, но ее никто не узнает, даже муж; ее ребенок, которого все считают умершим, тоже оказывается жив; этого ребенка, по счастливой случайности, воспитывает предполагаемый отец и при этом влюбляется в свою воспитанницу; другой возможный отец идет еще дальше и официально женится на этой девушке, не догадываясь, что она, возможно, его дочь, при этом мать этой девушки(его жена) еще жива; наконец, все все узнают, но для того, чтобы расторгнуть брачные узы и заодно отомстить своему врагу, один из возможных отцов убивает другого и сам кончает жизнь самоубийством, все довольны и счастливы!

Ответов - 238, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 All

М-ль Валуа: Роман "Ущелье дьявола" не самый любимый мой роман. Но все же, как мне кажется, заслуживает прочтения. Позже я узнала, что у него есть продолжение "Бог располагает", но не могла нигде найти.

Andrea: Этот роман ("Ущелье дьявола") не похож на большинство произведений автора - даже не верится, что его написал Дюма. Запомнлся образ Гретхен, дикой, наивной и страстной. Интересно, появилась ли она в следующей книге и как сложилась ее судьба?

Фаворитка: Да, Гретхен появилась. Она присматривает за дочерью Христины, скрывающейся под именем Оливии. Девочку зовут Фредерикой и она воспитывается у Самуила. Гретхен приходит к ней раз в год пешком и интересуется ее делами. Именно Гретхен рассказывает Христине(Оливии), о том что ее дочь жива. Гретхен знакомится с цыганом Гамба, который влюбляется в нее, и в финале книги они женятся.

Samuil: Ущелье Дьявола - моё любимое произведение...Однако действительно создаётся впечатление что его написал не Дюма :)

bluered: Ущелье дьявола далеко не самый известный роман Дюма, а зря. Это камерное произведение не такое простое, как кажется на первый взгляд. В основном, читатели (девушки) влюблятся в Самуила, типа демонический герой, страстый, плохой мальчик и т.д. Но на самом деле в этой книжке много чего намешано

Aurelia: Читала роман "Ущелье дьявола" достаточно давно. Помню, после прочтения книги, у меня тоже осталось легкое недоумение: "И это - Дюма?" . Уж очень книга отличается от других, более известных (и не очень), книг. Вопрос о продолжении совсем не возникал. В той книге, что была у меня, было 2 произведения Дюма: первое - "Ущелье Дьявола", а после - еще что-то, кажется "Капитан Поль"(или нет - ), точно не помню. Так что, пока не прочла на форуме, что есть продолжение, считала его самостоятельным произведением.

bluered: В этой книге Дюма с одной стороны возвращается к истокам романтизма, с другой - делает неплохую пародию на пошлые романтические шаблоны. Центр притяжения романа - романтический злодей. Для такого героя автор и обстановку выбирает соответствующую. Так каков же фон для картины под названием Самуил Гельб? Романтизм в кубе Германия 1811 - 12 гг. - время зарождения романтизма - настоящего романтизма, не сентиментализма! - и бурного интереса немцев к своей земле, к истории, мифологии. Это связано с тем, что возникла угроза полного завоевания слабой раздробленной Германии Наполеоном. (Именно тогда братья Гримм собирали и обрабатывали немецкие народные сказки). 2 основных места действия - Гейдельберг и Ландек, город и деревня. Думаю, такой выбор неслучаен. Во-первых, примерно к 1810 г. сложилась так называемая гейдельбергская школа романтизма - целое направление в литературе и философии, чуть позже ее сменит иенская (не даром барон отправляет Юлиуса в Иену). Гейдельбергский универ переживает свой очередной расцвет, в преподают известнейшие и лучшие умы Германии того времени (имен с ходу не вспомню). Да и сам Гейдельберг - "город, имеющий сердце", - является воплощением романтизма, любви, молодости и мечты. Во-вторых, деревня - природа в ее естественном виде: грозная (сцена грозы) и умиротворенная (сцена после дождя), но всегда прекрасная. А лес, луга и водоемы, как известно, населяют всевозможные дУхи, они пропитаны народными сказаниями, легендами и поверьями. Весь роман отличается сильной мифологической закваской (Гретхен - "ведьма с козлом", Самуил - Мефистофель и Фауст в одном лице, наконец, само ущелье, ставшее символом всего романа, - источник новых легенд и слухов, притягательная жуть). Правда, удивительно, как Дюма, всегда вольно обращавшийся с историей, так удивительно точно на этот раз подгоняет все детали и воспроизводит неповторимую обстановку зарождения новой картины мира? К историческому фону следует отнести и описание жизни и нравов студентов. Буйные, веселые, пьяные, они очень похожи на нынешних К сожалению, мне не удалось найти нехудожественное описание быта гейдельбергских студентов, но встречала мнение, что все воспроизведено довольно точно - пивные дуэли, дуэли на шпагах, студенческая иерархия... Дуэли вообще фишка, своеобразная визитная карточка этого универа. Эмблема у него такая - две скрещенные шпаги (а девиз - "Книга знаний всегда открыта" ), а гейдельбергские студенты считались самыми драчливыми. Интересно было бы почитать подробности избрания короля университета (ибо мне непонятно, как в короли смог выйти еврей, пусть он пьет, дерется и пляшет лучше всех студентов, вместе взятых. я сама хорошо отношусь к евреям, но неужели современники Самуила не были против?). Да и вообще, просто интересно. Очевидно, что эта фигура была чуть ли не главным авторитетом среди студентов, вокруг нее собирался своеобразный двор. Кроме того, очень выразительно описано, кто является истинным хозином города, вернее, хозевами - все те же студенты, они находились на привилегированном положении и являлись тем самым сердцем прославленого города. Важно также и упоминание "Разбойников" Шиллера - одной из самых популярных пьес начала 19 века.

bluered: Все, кто читал это произведение, в одни голос утверждают, что это какой-то новый, неизвестный им Дюма или даже вообще не Дюма. Дело в том, что как человеку оптимистичному, я бы даже сказала солнечному (как Пушкин), ему не свойственно описание мрачности, одиночества, обреченности как имманентных (внутренних) качеств персонажа. Какой бы ужасный конец не ждал его героев, всегда остается дружба, любовь; центральные герои его произведений открыты и жизнелюбивы. Короче говоря, сложная ситуация и трагический конец возможны в результате стечения роковых внешних обстоятельств. В данном случае мы имеем готическую историю, созданную внутренними усилиями самого героя, предпочтение отдано его внутренней жизни. Итак, самое вкусненькое... Genius loci Самуил и все-все-все Он - порождение романтизма и мрачного настроя своего автора, безнадежно влезшего в долги. Черты романтического героя (вообще, не только Самуила): 1. Разочарованность в людях, добровольное одиночество (Самуил ведь на самом деле одинок, не так ли?) и, как следствие, некий цинизм 2. Он лидер по натуре, многих превосходит по уму, силе характера (это Корсар Байрона, Хитклиф из "Грозового перевала", ну Карл Моор из "Разбойников" и т.д.) 3. В подружках у него, как правило, нежная, чистая и прекрасная фея (тот же Корсар, "Джейн Эйр" всеми любимая) 4. Он максималист, не согласен на компромиссы, его принцип "все или ничего" 5. Немножко экзотики: обычно это место действия (какие-нибудь тайны Востока или что-нибудь в этом духе), но на худой конец сойдет национальность ( в нашем случае) или немножко готики (тоже имеется в наличии). Итак, перед нами в клочья романтика, даже фея есть (да-да, Христина тот самый луч света в темном царстве Гельба). Но что это? вся концепция разваливается, как задумка маленького демона Аззи, - герой духа превращается в заурядного насильника, красавица, предназначенная для спасения души злодея, яростно отплевывается от "гиганта мысли"... Самуил... ...Сам по себе личность неоднозначная и этим отличается от прочих героев Дюма, которые а, а1, а2...аn - где а- заготовка, 1,2,3...- реализация заготовки в различных романах. Это противоречивый герой, но, думаю, несмотря на мерзкие поступки и отрицательные характеристики, он все же симпатичен автору. И читателю. Перед нами типичный образец вполне себе обаятельного зла, пример, когда отрицательный персонаж на голову выше добропорядочных людей. То есть сначала он вполне безобидный хулиган, мало ли таких сорвиголов среди студентов. Учась в универе, он руководит своим небольшим народом, периодически сталкивая некоторых лбами и реализуя таким образом свой талант интригана. Пробует голос, так сказать. И пока не беда, что лавры Наполеона не дают ему спать. Кстати, взлетом Наполеона тогда болели многие, многие хотели подражать ему. Наш герой не первый и не последний. Он привлекателен тем, что заварив кашу, умеет выйти из нее победителем и не дает поставить себя в глупое положение (добавим к этому, что еще нужно уметь грамотно заварить кашу ): например, в сцене пивной дуэли Дюма указывает на то, что Самуил выказал себя истинным королем. В нужный момент он умеет подняться над бытовыми подробностями - см. сцена дуэли на шпагах("Сейчас не время напяливать нагрудники, нужно снять сюртуки", - и отбросил свой в конец зала") В этой сцене С. вообще хорош собой - мало того, что перед боем был занят "исключительно тем, что устранял попытку розовой веточки, колеблемой ветром, забраться в открытое окно", он демонстрирует прекрасную физическую подготовку, выдержку, полное моральное превосходство над противником, определенную последовательную стратегию боя и в конце концов шутя обошел сложнейший прием Отто Дормагена. Обладая артистическим талантом, он превратил дуэль в эффектное действо. Дюма описывает его примерно так: красноватые, как у тигра, зрачки, "В глазах читалось полнейшее презрение к жизни", "зритель чувствовал его превосходство над противником". Да, вот он какой - не красавец в классическом смысле, но яркий, эффектный, ошеломляющий. Крышесносный, короче. Студенты знали, кого выбирать в короли ...и Юлиус В моем представлении Юлиус - как раз тот герой, который у Дюма обычно в любимчиках и который традиционно реализуется в произведениях - добрый, честный, благородный, смелый...и абсолютно померкший на фоне своего брата-антагониста. Ю. тоже, конечно, не прозрачный. Кое-что есть. Он пытается противопоставить С. любовь, искренность, бескорыстность, понимание. Он далеко не правильный мальчик, у него куча друзей, он здорово дерется (одним из лучших считается), как нормальный студент противопоставляет себя "миру взрослых" - филистеров, наверняка отсидел положенный срок в университетском карцере. При этом он порядочный, честный, наивный (см. выше+ Дюма)... Это как бы другой вариант романтика, гофмановского типа - нежного мечтателя, однолюба, поэта в душе. А С. - человек действия, насмешливый, ироничный, темпераментный, артистичный, настоящий эмси :) Черненький и беленький, вот такая вот пара. Мне черненький больше нравится, а вам? be continue, а то что-то пост длинный получается.

LS: bluered пишет: be continue Продолжайте, пожалуйста, очень интересно. :)

bluered: LS с удовольствием)) ... и его папа Из письма С. становится ясно, что его отец - тот же,что и Юлиуса - знаменитый ученый, барон Гермелинфельд. Таким образом, становится понятной фраза, оброненная С. в Ландеке, "К счастью, между такими друзьями и братьями..." - это не иносказание, но вполне определенное указание на семейное положение. Что мы имеем в наличии? Из того же письма (С. пересказывает свою историю не барону - тот и так все знает - но читателю, это такой небольшой костыль для нас с вами) читатели узнают о том, что С. - внебрачный сын барона и дочки еврейского лавочника, дитя франкфуртского гетто. Случайно (?) заглянувший туда через много лет барон случайно (а может и нет) узнает,что у него есть сын - "умный и смышленый мальчик", старший по отношению к уже народившемуся Юлиусу. Барон обеспечивает своему "побочному эффекту" вполне сытую и чистую жизнь, ему разрешено присутствовать на уроках младшего, вероятно (а иначе откуда?), там же юный С. получает уроки фехтования и танцев. Мальчишки подружились, скорее всего, благодаря открытому и приветливому нраву Ю., потому что С. , по его же словам, "держался особняком". Но вот уже вполне взрослый, самостоятельный и как оказывается обиженный С. пишет: "Он (отец. - bluered) никогда, даже наедине со мной, не раскрывал мне объятий и не шептал слов "Дитя мое"... Неожиданные слова в устах прожженого скептика, насмешника и "надменного ученого", которого "ничто не может смутить"... Вот, оказывается, откуда эта горькая и мрачная интонация первого разговора с Христиной. Эта первая обида, нанесенная точно тогда, когда происходит окончательное становление характера - в подростковом возрасте, - уже вряд ли болит, но превратилась в черту характера. Он видел, как барон открыто проявляет свои отцовские чувства к "основному" сыну, а ему, "незаконнорожденному еврею", только и остается, что смотреть и завидовать. Типа вас просим пройти, а вас вот здесь постоять, и за вот эту черточку ни-ни - не заходите. Кесарю кесарево,а слесарю слесарево. К чести барона надо сказать, что стыдясь грехов молодости, он никогда не делал попытки откупиться от С. (" Я дам тебе столько-то и столько-то и знать тебя не знаю"), не развращал его. "Вы даже как будто привязались ко мне", - это С. с иронией. Максимум на что мог рассчитывать старший - на привязанность (к собачкам тоже очень привязываются), "ведь я интересовался вашими опытами". Интересно почитать про вспыхнувшую ссору между 19-летним сыном и бароном, но здесь Дюма ставит глухой забор, и мы, как подлецы, вынуждены подглядывать в щель: "Между нами произошло объяснение, и вы запретили мне работать в вашей лаборатории" ( ). Итак, почти с самого начала С. понял, что он крест, а не любовь. От сердца одни проблемы, только умственная жизнь - настоящая жизнь, а вообще-то терять больше нечего, ведь ничего и не было никогда, верно? Эта обрубленность, душевная инвалидность еще сыграет свою роль - у него здорово получается душить в себе все человеческое - привычка с детства. От тоски листья свернулись и превратились в колючки, будет кактус. В ходе дальнейших семейных разборок я поняла, что С. было у кого поучиться и бесцеремонности, и даже бессовестности. Первая - это сцена, когда барон от отчаяния уже пытается откупиться, хотя в глубине души понимает бесполезность этой попытки. Я ее называю "Сцена на кухне" - там старший сын и папаша отчаянно делят сферы влияния на Ю.С., яростно всстающий против общества даже не подозревает, что враг уже взял его изнутри, через кровь - он достойный сын своего отца. А что мешало посмотреть барону на него другими глазами? Ведь таким сыном можно было бы гордиться- и умом вышел, и интересы схожие. Вот уж на нем природа не отдыхала. В сцене на кухне они говорят про Ю. как о какой-то вещи, его воля, желание не в счет, его присутствие необязательно. Они один на один - достойные соперники - видят только друг друга. При этом изначально задано, что С.- злой, барон - мудрый, любящий отец. Но действия и принципы и все поведение Гермелинфельда не слишком отличаются от принципов С. (дословно не вспомню - первоисточника нет под рукой). Но отношение к своему "единственному" сыну (Ю.) - такое же как у С. - как к кукле, которой можно запросто распоряжаться, как к аквариумным рыбкам - подошел, полюбовался, свет включил - "день", выключил - "ночь" и так тому и быть. Он готов купить сыну замок, зачем сыну работать и реализовывать себя, ему можно просто и нежно диктовать условия. Так что нашему яблоку есть в какую яблоню уродиться.

bluered: Джинн в бутылке (Продолжение. Начало в предыдущем посте) Будет преувеличением сказать, что все поступки С., описанные в книге, объясняются детской обидой. Безусловно, ее следы обнаруживаются: Самуил невольно хочет доказать свою общечеловеческую состоятельность так и не признавшему его отцу (по крайней мере, во время встреч "на кухне"), и сами встречи с ним являются для него испытанием: первый раз, увидев барона, С. в изумлении отступил. Дальше Дюма пишет, что С. храбро (выделено мной. - bluered) усаживался напротив барона. Во второй раз С., увидев "папу", не смог сдержать дрожь, "так сказать, физического изумления". Конечно, если бы у Самуила вдруг объявились бы какие-нибудь родители (или люди, желающие его "усыновить") или вдруг барон бы пал ему в ноги:"Сын, прости", ничего, кроме скуки и тоски, у С. это не вызовет. Прошло. Родительские чувства - это уже лишнее. Но раз он (Самуил в гипотетической ситуации) чья-то слабость, почему бы не использовать эту слабость? Помните, к словам барона "Пользоваться всеобщей любовью - великая отрада" Самуил добавляет "А иной раз и великая выгода". Кто про что, а вшивый про баню. Но я это все к чему? Без определенной предрасположенности к тем или иным поступкам, без определенных черт Самуил не стал бы тем, кем все же стал, а душевная травма лишь подбавила масла в огонь, т.е. вторична. Человека можно оценить по тем образцам, которые он выбирает для подражания. Это как в притче: один видит грязищу, другой звезды. Будучи прирожденным лидером, имея определенный склад характера, он смотрел бы на людей как на стройматериал, даже если бы не знал таких страданий. Это первое. А второе - непризнание отца порождает в нем сомнение в себе, отсюда это желание самоутвердиться, эта иллюзия необходимости кому-то,это стремление всегда быть первым ("Ты видишь, папа, какой я?!"). И это Юлиус необходим Самуилу, а не наоборот. В первой "Сцене на кухне" барон и Гельб снова начинают давнюю разборку, причем упорно провоцирует ее Самуил, барон настроен вполне мирно. Но если С. собирался сжечь "эти корабли" еще в письме (в самом начале романа), зачем снова заводить разговор о борьбе друг против друга? Из "беседы"становится ясно, что Юлиус - "заложник" Самуила перед бароном, чтобы не мытьем, так катаньем заставить признать себя, хоть уродом, хоть злодеем, но нужно сломить врага. Джинн вырвался на свободу, и теперь мало освобождения, ему нужна гибель того, кто пусть хоть случайно откроет бутылку. Я извиняюсь за сумбурность изложения. К сожалению, пианист играет как умеет

bluered: Почитать (и посмотреть) о жизни и дуэлях гейдельбергских студентов можно здесь (правда, 2 половины 19 в.): click here

bluered: В самом начале я говорила о том, что "Ущелье дьявола" - пародия на романтические стандарты. Вот как Дюма последовательно переворачивает с ног на голову отличительные черты канонического романтического произведения: 1.Люблю Дюма за то, что он не полностью отделяет романтику от быта . В традиционных произведениях не бывает указания на быт, герои питаются исключительно святым духом и своими страстями, а "под мышками у них пахнет зеленым яблоком" (как заметил один из читателей) - это Вальтер Скотт, Байрон, Мэри Шелли, Лермонтов, отчасти Пушкин. В этом же произведении нет таких колоритных картин, как в "Трех мушкетерах", например. Зато есть Трихтер и Фрессванст, описание завтрака у пастора Шрейбера, вполне бытовое описание подземной лаборатории Гельба ("В конюшне лошадь Самуила спокойно жевала овес", сам он при желании обходится хлебом и водой), смерть героя не сотрясает небо и землю, а преспокойно спит себе в бритвенном чехле на туалетном столике. 2. Сам Самуил, будучи романтиком до мозга костей, решительно восстает против шаблонов: "Гром и ливень доставили нам 2 превосходные комнаты, превосходную местность, на которую стоит полюбоваться, да вдобавок знакомство с прелестной молодой девушкой, в которую мы оба ради вежливости должны влюбиться и которая сама ради вежливости должна оказать нам гостепри-имство", "Мне вдруг драться за женщину... Просто невероятно!" Может, и добродетельность Христины раздражает его, потому что кажется надуманной, проще говоря, ханжеством? 3. "Националность хто?" Как правило, романтические поэты (как ранние, так и более поздние) пред-почитали экзотику в виде страстей Востока (Лейлы, кинжалы, пряности, гаремы, жгучая ревность...) Еврейство (при соотвествующем отношении современников) рядом с этими аристократическими изысками выглядит как-то... ну... Вот, напр., Самуил описывает гетто своего детства: "Есть во Франкфурте узкая, темная и грязная улица, с прескверной мостовой. Улицу эту сдавили 2 ряда полуразвалившихся домов, которые шатаются, как пьяные, и касаются друг друга верхними этажами. Пустые лавки ее выходят на задние дворы, заваленные железным ломом и бытыми горшками. Эту улицу к ночи запирают накрепко, как притон зачумленных: это еврейский квартал. Даже солнце никогда туда не заглядывает." Еще: "...а мое (имя. - bluered) прозвучит как-то по-еврейски в ушах набожного добряка". Из того же письма: "...Не мог же он признать за сына незаконнорожденного еврея..." Сплошное наказание, какая там экзотика. Хотя поэты-романтики вполне могли воспевать какую-нибудь прекрасную еврейку (Пушкин, Байрон; Рахиль из "Айвенго". Вспомним: мать Самуила - "поразительно красивая молодая девушка". Получается, женщиной-еврейкой быть вполне можно, а мужчиной - как-то не камильфо 4. Для описания следующей черты введу термины "белая" романтика и "готическая" ("черная") романтика. "Белая"- это романтика любви, дружбы и свободы; ее герои развиты физически и умственно, они сильны духом и телом, им оборачиваются вслед и мужчины и женщины, они рыцари по жизни, участники захватывающих приключений и способны на глубокие чувства. Готика - поэзия мрачной тайны, одиночества и трагедия сильного незаурядоного человека. В "Ущелье" мы имеем белый шоколад, покрытый черным, - сразу 2 вида романтики. Но изначально белые не выигрывают, т.к. находятся в подчинении, и вообще не без греха. А "черные" раздражены, замучены сомнениями и тоской по поводу того, что по идее этих сомнений испытывать не должны, а также угрызениями совести, которые предрекал отец: "...Самуил, вы клевещете на себя. Вы вовсе не так высоко поднимаетесь над предрассудками и даже над простыми угрызениями совести". + одиночество Самуила внутреннее, на людях он по-прежнему массовик-затейник. Такие проблемы неведомы ни Корсару, ни Хитклифу, ни Франкенштейну и иже с ними. 5. С этим связано следующее: отсутствие четкого разделения на хороших и плохих. Не всем хороши "белые", не всем плохи "черные", а искренностью и силой чувства порой превосходят белых. 6. Готический герой не в силах остановить раскрученный им ход событий и становится его жертвой. Гордыня и отказ от Бога приводят его к полной несостятельности и гибели (Франкенштейн). Самуила также подводит его самонадеянность и стремление к рекордно короткому политическому взлету, в огне которого сгорает преданный Трихтер и в конце концов сам главный еврей Гейдельберга. И вот тут самым ужасным наказанием становится душевная опустошенность, выжженность. Сравнение "...А я тонок, как острие бритвы" (читай "Мне нечего терять") оборачивается настоящей бритвой у горла от пустоты и одиночества. Ведь "никто меня не любит и я никого не люблю" 7. Как доказывают все романтические произведения, герой, будь он хоть титан, не может быть полностью свободен от общества, его условностей, ему не дано стать по ту сторону добра и зла. В нашем случае полная независимость от условностей оборачивается отказом от лучших чувств и стремлений: ни любви, ни дружбы, ни благодарности, ни привязанности к родной земле... И тут возникает вопрос: если полная и абсолютная самодостаточность возможна, то хороша ли такая свобода и нужна ли она? 8.Итак, читатель уже знает, как не надо жить. В таком нравоучении есть что-то заданное, предсказуемое. В итоге романы кончаются вполне однозначно. Чуть ли не впервые вижу у Дюма открытый финал (именно что открытый, а не разорванные сюжетные связи, как в "Магиканах"). Зло не наказано ащщще никак, да к тому же получает дополнительный бонус - ребенка. Гретхен, сама того не зная, подарила лютому врагу путевку в жизнь. Вот еще одна издевка автора: руками униженных и оскорбленных героев он возвращает причине их несчастий не только жизнь, но и надежду. Кроме того, для нескольких предыдущих поколений романтиков был невозможне романтический преступник, меняющий пеленки новорожденному. Просто немыслим 9.Что еще? Да вот, пожалуй, что нежная и прекрасная, воплощение мудрости и любви, сбрасывает платье и с ним человеческую шкуру, обретает белую шерсть, острую мордочку, усы и , превратясь в подопытную крысу, исчезает с наших читательских глаз. Но это отдельная история.

Madame: Судя по описанию - та еще мылъная опера! Я даже заинтересоваласъ! надо прочитатъ -естъ ли где-нибудъ в интернете, кто подскажет?

bluered: Madame Да есть:здесь и здесь Madame пишет: Судя по описанию - та еще мылъная опера! А я как раз пытаюсь доказать обратное

bluered: "Разбойники": кавер-версия Нас всегда учили, что круг чтения героев лит. произведения крайне важен, т.к. служит еще одним средством их характеристики. В "Ущелье" несколько глав отведено под "Разбойников" Шиллера. Прочитав пьесу, я увидела следующие совпадения и распределения ролей : Разбойники Ущелье Карл Моор Самуил Франц Юлиус Амалия Христина барон фон Моор барон Гермелинфельд Тема такая. В "Разбойниках" злобный и завистливый младший брат оклеветал старшего (более одаренного и красивого) перед отцом и невестой Карла, надеясь, что отец скоро помрет, а Амалия так и выйдет за него, страшненького и никчемного Франца. Самуил (старший, как мы помним) считает себя обиженным отцом. Между ним и бароном уже стоит Юлиус (младший). Между Юлиусом и Христиной уже влезает Самуил по собственной инициативе, который считает, что лишний - это Юлиус. Получается, что младший отнял у старшего дом, отца и невесту.

LS: bluered пишет: В "Разбойниках" злобный и завистливый младший брат оклеветал старшего (более одаренного и красивого) Кстати, этот мотив присутствует и в "Короле Лире", причем, "злобный и завистливый" младший брат еще и бастард, а Дюма, как мы помним, эта тема интересовала и вообще он "переписывал" Шекспира для французской сцены.

bluered: LS пишет: этот мотив присутствует и в "Короле Лире" LS пишет: Дюма, как мы помним, эта тема интересовала и вообще он "переписывал" Шекспира для французской сцены. Значит, мы непосредственно наблюдаем следы этой "переписи"? Но в то же время для литературы характерно влияние одного автора на другого (т..е Шекспир повлиял на Дюма). Или это просто обработка довольно-таки бродячего сюжета? LS пишет: "переписывал" в смысле писал по мотивам или переводил? Просветите мою темноту Другие книги, тексты которых Самуил воспринимает как руководство к действию: Библия "Отелло" (упоминаются "Виндзорские насмешницы") того же Шекспира чтиво от маркиза де Сада "Кларисса" Ричардсона Подробно описывается гравюра А. Дюрера "Насилие", но мне не удалось найти не то чтобы изображения, она даже не упоминается нигде. Может, это вранье художественный вымысел?

LS: bluered bluered пишет: Значит, мы непосредственно наблюдаем следы этой "переписи"? А чем не версия? :) bluered пишет: это просто обработка довольно-таки бродячего сюжета? "Бродячих сюжетов" много, но каждый автор выбирает то, что ему ближе, или то, что находится у него в "оперативной памяти". Вспомните, например, какие сюжеты использовал в Болдинскую осень Пушкин в "Маленьких трагедиях": противостояние сына и скупца-батюшки, зачумленный город, легенда о Дон Жуане. (холера, выделение доли в имуществе, подготовка к свадьбе). bluered пишет: Может, это вранье художественный вымысел? Может быть, она больше известна под другим названием?

bluered: Часть 1. LS пишет: Может быть, она больше известна под другим названием? Не, ни под каким именем я этого сюжета не нашла. LS пишет: "Бродячих сюжетов" много, но каждый автор выбирает то, что ему ближе, или то, что находится у него в "оперативной памяти". Я тут не совсем точно выразилась. Уместнее было бы говорить о "бродячих" мотивах, т.е. элементах, их которых можно сложить произведение. А сюжетов всего 38, что ли... А так - да, согласна. Все так. Часть 2. Вопросы Есть несколько моментов в романе, которые вызывали у меня вопросы и недоумение 1. Слова Самуила, обращенные к Гретхен: "Ну, а если бы за тебя посватался не простой крестьянин, а человек высшего происхождения? Если бы, например, я захотел бы на тебе жениться?" С каких это пор сын дочки лавочника, да еще незаконный. считается человеком высшего происхождения? Пусть даже по отношению к простому крестьянину. 2. Слова Самуила: "- От этого-то он и принадлежит мне... Я не осмеливаюсь сказать, что от этого вы... — Не говорите этого, милостивый государь! — прервала его раздраженная Христина." "Что от этого вы" что? 3. "- Хорошо-с, - сказал Самуил, поклонившись барону и храбро усаживаясь за стол против него". Откуда в устах немецкого еврея чисто русский словоерс? Это издание с переводом 1913 года, кажется. В текстах из интернета буковки уже нет.

Меланхолия: bluered, подскажите, пожалуйста, а где-нибудь в сети выложена электронная версия романа "Бог располагает"? Я искала долго, но пока, к сожалению, безуспешно

bluered: Меланхолия Я тоже не нашла и, честно сказать, не сильно жалею. Но как я поняла, ее перевели не так давно, и она даже не во всех библиотеках и магазинах успела появиться. Так что надежда есть. Меланхолия пишет: Я искала долго а ну как найдете - разочароваться не боитесь?

Меланхолия: bluered пишет: разочароваться не боитесь? Никак нет, bluered. Я дюман стойкий, временем проверенный

bluered: Меланхолия Меланхолия пишет: Никак нет Я так да. Боюсь превращения любимого героя в "мыло". И еще - его смерти. Меня удивил открытый финал. Для меня Самуил вечно начинает новую жизнь с ребеночком в руках, какие бы мотивы его к этому ни побуждали; этот "эскиз женщины" навсегда его дочь (а не возлюбленная 35-летнего злобного дядьки), грехи мертвы, и Гретхен вечно ждет на краю пропасти... Все - новое. Никто никогда не умрет. Так что кто старое помянет - тому глаз вон

LS: bluered пишет: "Ну, а если бы за тебя посватался не простой крестьянин, а человек высшего происхождения? Если бы, например, я захотел бы на тебе жениться?" С каких это пор сын дочки лавочника, да еще незаконный. считается человеком высшего происхождения? Не хватает предыдущих фраз. Возможно, здесь неточный перевод, и имеется в виду не высшее сословие, а более высокое происхождение. Считается,что по отношению к простому крестьянину лавочник (купец) занимает более высокую ступень на социальной лестнице. А, возможно, Самуил "прощупывает почву": если его сватовство окажется в конкуренции со сватовством знатного человека, кого предпочтет девушка?

bluered: LS пишет: Возможно, здесь неточный перевод, и имеется в виду не высшее сословие, а более высокое происхождение. Считается,что по отношению к простому крестьянину лавочник (купец) занимает более высокую ступень на социальной лестнице. Вполне правдоподобно. LS пишет: возможно, Самуил "прощупывает почву": если его сватовство окажется в конкуренции со сватовством знатного человека, кого предпочтет девушка? А, то есть во втором предложении он имеет в виду не себя: "Я" не как уточнение "человка высшего происхождения", а как "однородные члены". Тоже вариант. Но когда я только прочитала книжку, то поняла эту фразу так: с паршивой овцы хоть шерсть клок, и С. в данной ситуации считает себя сыном барона. Или нет? Ну а с этим-то что? "От этого-то он и принадлежит мне... Я не осмеливаюсь сказать, что от этого вы... " Что вы завели себе любовника? ну что, чтооо?!

LS: bluered пишет: Ну а с этим-то что? "От этого-то он и принадлежит мне... Я не осмеливаюсь сказать, что от этого вы... " А что там выше по тексту?

bluered: LS Вот. Они встретились через год, после свадьбы Христины и Юлиуса. Христина: "Я люблю Юлиуса не по долгу и не по добродетели, а просто по свободному выбору сердца. И никого другого я не хочу любить. - Вы хотите его любить? - сказал Самуил, все тем же вежливым и серьезным тоном. - О, в этом вы правы, сударыня. Юлиус этого заслуживает. Он обладает многими добрыми качествами. Ему нельзя отказать ни в вежливости, ни в деликатности, ни в преданности, ни в уме, хотя в то же время нельзя не заметить, что в нем совершенно отсутствуют дух почина, сила, деятельность, энергия - те качества, которыми обладаю я. Теперь скажите, в вашей ли власти не ценить энергию или не видеть, что я ею обладаю? Простите меня за отсутствие скромности, но ведь скромность - ложь, а я никогда не лгу. ... Юлиус не умеет вести жизнь, не он ее ведет, а она его ведет. Дело в том, видите ли, что величайшая добродетель мужчины это воля. Без нее ни разум, ни доброта не имеют никакой силы. Вы - дело другое, вы женщина, вам можно обойтись без воли, но она необходима вам в том, кто взял вас под свое покровительство. А между тем, в нем-то вы ее и не находите. Юлиус ускользает от вас сам и не в силах удержать вас. Вы его держите только сердцем, а я держу умом. Общий вывод из всей этой моей философии очень ясен и прост: вы женщина, а он женоподобен. От этого-то он и принадлежит мне... Я не осмеливаюсь сказать, что от этого вы... - Не говорите этого, милостивый государь! - прервала его раздраженная Христина".

LS: "От этого-то он и принадлежит мне... Я не осмеливаюсь сказать, что от этого вы..." В зависимости от того, во что дальше вылился их разговор, есть такие предложения: 1. "... от этого вы не владеете им" "...от этого не вы владете им" "...от этого он не принадлежит вам" (в таком смысле надо бы не буквально продолжать фразу от отточия, а потасовать слова, чтоб было более гладко) 2. "... от этого вы должны принадлежать мне, мужчине, а не ему."

bluered: LS Разговор вылился в "дурак - сама дура". Вполне возможен второй вариант. Хотя про "принадлежность"разговор зашел ниже, по другому поводу и более откровенно. Может, в оригинале эта фраза менее туманна... Вот я еще один вопрос забыла. В одном из первых разговоров с еще незамужней Христиной С. говорит: "Я предсказываю вам, что вы меня полюбите... если я говорю, что вы полюбите меня, я вовсе этим не хочу сказать, что вы найдете меня прекрасным и что почувствуете ко мне безграничную нежность. Но что мне за дело до всего этого, если я сумею обойтись и без этих нежностей, и вы все-таки будете моей? При разных средствах, результат у нас с Юлиусом будет один и тот же! ...эта девочка, которая осмеливается высказывать презрение ко мне, Самуилу Гельбу, рано или поздно, до нашей смерти, волей или неволей станет моей." Это он не про это. Про постель речь зайдет тогда, когда они встретятся уже после свадьбы. Христина: "Обладают только тем, кто отдается. - Если так, - возразил Самуил, - то значит Наполеон не обладает двадцатью областями, которые он завоевал. Ну, да не в этом дело. Я не из тех людей, которые отступают перед вызовом, сделанным в такой форме, в какой вы его сделали. Вы утверждаете, что принадлежит только тот, кто отдается. Хорошо, пусть будет так. Тогда вы отдадитесь". Вопрос: если в первом случае речь шла не о душе и не о теле, тогда о чем? Как вообще принадлежать мужчине не спя с ним, не привязывыясь к нему?



полная версия страницы