Форум » Обсуждение остальных книг » Жизнь без Жильберов возможна? » Ответить

Жизнь без Жильберов возможна?

д’Аратос: Хочется обсудить великолепную серию Дюма о революции!

Ответов - 251, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 All

lennox: Andre пишет: Андре решает умереть несмотря на то,что у нее остается Себастьен. Она не остается жить ради него, она больше не хочет жить, и ничто не может ее удержать, даже сын, хотя ее последние слова - о нем. Я все же позволю себе еще покритиковать графиню. Мне кажется, что в конце концов ее побеждают гордость и себялюбие. Они не дают ей искать выход. А ведь выход может найтись - внезапно, неизвестно где. Вспомним того же Атоса! Есть еще и религиозный аспект. Христианство запрещает самоубийство. Андре вроде бы набожна и даже однажды уходит в монастырь. Но ведь набожность ее, как мне кажется, на поверку оказывается внешней, не глубокой. Гордость в ней оказывается сильнее веры, и в этом - трагедия Андре. Хотя вера в ее сердце все же живет: она не выпивает "стакан йаду", не хочет совершать откровенного самоубийства. Мне кажется, что самое важное в жизни - это жить даже тогда, когда все (или почти все) теряет смысл, когда Вселенная наваливается на тебя всей своей тяжестью. Жить для других (пусть им на тебя и наплевать). Жить ради себя (хоть сам себе донельзя отвратителен). Жить, даже если жизнь твоя самому тебе кажется никчемной. Жить с незаживающей раной в сердце. Жить.

Andre: lennox пишет: Мне кажется, что в конце концов ее побеждают гордость и себялюбие. Они не дают ей искать выход Почему себялюбие? Разве она так себя любит?(иногда она считала себя самым несчастным существом на земле, но не думаю, чтобы из-за этого ее можно было объявить в себялюбии) lennox пишет: Гордость в ней оказывается сильнее веры, и в этом - трагедия Андре Но чем ей гордиться? Разве знатное происхождение (и сословные предрассудки) могут быть источником дикой гордости в благородном алмазном сердце? Чем она гордится, когда идет на смерть? Может быть, этой спартанской душе не хватило более душевных сил, чтобы жить? Обстоятельства сломили ее? Cмерть Шарни оборвала и ее жизнь (более нет никакой надежды - а ведь именно надежда помогает человеку выжить). lennox пишет: жить даже тогда, когда все (или почти все) теряет смысл, когда Вселенная наваливается на тебя всей своей тяжестью. Жить для других (пусть им на тебя и наплевать). Жить ради себя (хоть сам себе донельзя отвратителен). Жить, даже если жизнь твоя самому тебе кажется никчемной. Жить с незаживающей раной в сердце. Жить. Хорошо сказано! Надо иметь веру и большую волю к жизни, чтобы жить, несмотря ни на что, ибо претерпевший до конца - спасется.

lennox: Andre пишет: Почему себялюбие? Разве она так себя любит?(иногда она считала себя самым несчастным существом на земле, но не думаю, чтобы из-за этого ее можно было объявить в себялюбии) Понимаете, одним из самых верных признаков себялюбия как раз является ощущение себя "самым несчастным человеком на земле". Правда, в юности все через это так или иначе проходят, это нормально. Вот в зрелом возрасте это уже тревожный симптом. Andre пишет: Но чем ей гордиться? Разве знатное происхождение (и сословные предрассудки) могут быть источником дикой гордости в благородном алмазном сердце? Чем она гордится, когда идет на смерть? Неужели вы хотите сказать, что Андре не горда? Не верю! Просто не верю:) И сословные предрассудки лишь питают эту гордость. По-моему, Филипп как раз более человечно относится к Жильберу, нежели его сестра (ну, разумеется, до известных событий). Насчет "благородного алмазного сердца" - не знаю. В сердце у Андре, мне кажется, кипели самые обычные страсти (наверное, и темные в том числе). Они кипят у всех у нас, вопрос в том, как мы с ними боремся (или не боремся). Андре заковала свое сердце в алмазную броню, принимая эту броню за добродетель. Но добродетель должна быть жива, а алмаз - это в конце концов камень. Холодный и мертвый. И смерть ее тоже кажется мне в чем-то актом гордыни. Она отвергает мир, отвергает дар жизни. Да, безусловно, ей довелось пережить слишком тяжелые испытания. Но все же именно гордыня не дает Андре искать выход. Алмазная броня в конце концов душит ее серце. Повторюсь, Андре безусловно трагическая личность. Она сильна духом, и беда ее в том, что она хочет опираться только на свой дух. Но нет на земле человека, у которого на все хватит душевных сил. Надо уметь вверять себя Богу и другим людям. Хотя это бывает трудно, и не только для Андре.

Andre: И сословные предрассудки лишь питают эту гордость. По-моему, Филипп как раз более человечно относится к Жильберу, нежели его сестра Андре горда. Но чем может гордиться несчастный человек? Не своими же несчастьями (хотя такие случаи бывают - например Настасья Филипповна). Cословные предрассудки мне представляются единственным основанием для гордости Андре (что делать- все дворяне того времени были гордыми, воспитание накладывает такой отпечаток ] ). Да, Филипп лучше относится к Жильберу - у него нет таких сильных предрассудков, "Все люди - братья". lennox пишет: В сердце у Андре, мне кажется, кипели самые обычные страсти (наверное, и темные в том числе). Они кипят у всех у нас, вопрос в том, как мы с ними боремся (или не боремся). Андре заковала свое сердце в алмазную броню, принимая эту броню за добродетель. Но добродетель должна быть жива, а алмаз - это в конце концов камень Страсти - любовь, ревность, обиды, отчаяние. Чтобы бороться с ними, Андре заковала свое сердце в алмазную броню, ушла в себя, отгородилась от всего мира и стала ледяной статуей - а что она могла еще сделать? При ее характере, видимо, естественным (или вынужденным?) было именно такое поведение. Она очень отличается от всех окружающих людей, всегда одинока, ни с кем не общается, у нее нет друзей. Она разочаровалась в жизни и людях, и не ждет от жизни ничего хорошего (однако пока были какие-то надежды, она жила). Добродетель должна быть жива - то есть, не надо было все же так отгораживаться от всего и вся? Быть проще? lennox пишет: Алмазная броня в конце концов душит ее серце Заковала себя в броню - и не вырваться! Посеешь привычку - пожнешь характер. lennox пишет: Она сильна духом, и беда ее в том, что она хочет опираться только на свой дух. Не верит больше людям, и не хочет доверять им. Смерть - отчаянный поступок, с горя (ослепленность, безумие от потери любимого человека, Андре хочет последовать за ним). Ничто не смогло ее удержать более в жизни...

lennox: Andre пишет: Страсти - любовь, ревность, обиды, отчаяние. Чтобы бороться с ними, Андре заковала свое сердце в алмазную броню, ушла в себя, отгородилась от всего мира и стала ледяной статуей - а что она могла еще сделать? При ее характере, видимо, естественным (или вынужденным?) было именно такое поведение. Она очень отличается от всех окружающих людей, всегда одинока, ни с кем не общается, у нее нет друзей Вы правы. В жизни часто возникает искушение отгородиться от всех броней (алмазной, картонной, какой угодно). Мне это, увы, знакомо, посему я не имею права Андре осуждать. Но... единственный выход - это сделать шаг навстречу людям. А если понадобится, то и десять, и двадцать шагов. Это очень трудно, но альтернатива этому - холод и самопоедание. Если бы Андре сделала такой шаг! Если бы она сделала бы шаг навстречу тому же Шарни сразу после их печальной свадьбы, а не разъехалась с ним в разных каретах! Наверное, счастье ее тогда было бы не так кратковременно. Если бы она смирила свою оскорбленную гордость, все могло сложиться иначе. Понимаете, алмазная броня, алмазная сердце - это все не более чем мираж. Но если жить в этом мираже, то рано или поздно погибнешь. Вот этого графиня де Шарни так и не поняла.

Andre: lennox пишет: Но... единственный выход - это сделать шаг навстречу людям. А если понадобится, то и десять, и двадцать шагов. Это очень трудно, но альтернатива этому - холод и самопоедание. Это безумно трудно! Совсем не хочется вылезать из своего угла, своей привычной оболочки (это бывает свойственно интровертам("привычка загонять внутрь любое чувство") и неуверенным в себе людям, часто вследствие полученного воспитания, это очень трудно побороть - если вообще возможно). Идет привыкание к подобному образу жизни и человек смиряется, привыкает к этому, такое положение дел начинает его устраивать, он создает себе особый, свой мир (например, много читает), в котором чувствует себя спокойнее вдалеке от жизненных бурь("Андре искала в одиночестве успокоения"). Но иногда тоска одиночества все же будет преследовать его. Но сделать шаг навстречу людям он уже не может - очень уж сильно надо переломить себя. Не все на это способны. lennox пишет: Если бы Андре сделала такой шаг! Если бы она сделала бы шаг навстречу тому же Шарни сразу после их печальной свадьбы, а не разъехалась с ним в разных каретах! Наверное, счастье ее тогда было бы не так кратковременно. Увы...увы... увы.... lennox пишет: алмазная сердце - это все не более чем мираж Мне кажется, "алмазное сердце" - очень точный эпитет, который передает всю суть натуры Андре. "Алмазное сердце, грани которого могут резать стекло, их незримая твердость, их глубокая чистота" - душевная чистота, благородство, искренность, доброта, честь, достоинство, строгость, гордость, независимый нрав, сила воли, мужество, самоотверженность, спартанская душа. Это драгоценное сердце. Алмазная броня - это выдуманная преграда, не более, чем мираж. Потому что, если живешь в обществе, то нельзя быть совсем свободным от этого общества, и преграды - они могут быть придуманы, быть только в голове. Но бывает, что человек чувствует свою непохожесть на окружающих,какую-то обособленность (причинами которой, повторюсь, могут быть и воспитание, и другие интересы, и характер, и комплексы, и т.п.) и эти преграды никак не может победить, даже если и захочет, осознав необходимость перемен. lennox пишет: Но если жить в этом мираже, то рано или поздно погибнешь. Вот этого графиня де Шарни так и не поняла. Отгородившись от всего, отказавшись от всех жизненных привязанностей обязательно погибнешь? Похоже, так и происходит. Но она это поняла и осознанно хотела умереть, и умирает с радостью. Но Себастьена жалко... Ведь он ни в чем не виноват, а остался сиротой (хотя вся его жизнь прошла вдалеке от матери).

Andre: М. В. Толмачев. Старый порядок и революция у Дюма. Третьим монументальным циклом исторических романов Дюма после "цикла Валуа" и "цикла дАртаньяна", стал "цикл Марии-Антуанетты", образуемый романами из жизни Франции последней трети XVIII века - "Джузеппе Бальзамо"("Записки врача") (1846-1848), "Ожерелье королевы"(1849-1850), "Анж Питу"(1851), "Графиня де Шарни"(1853-1855). Строго говоря, циклом в полном смысле слова является именно третий: входящие в него произведения образуют единое, нераздельное целое, они малопонятны одно без другого, тесно связаны сквозными персонажами. Третий цикл не так известен читателям, как первые два, однако он, в особенности роман"Джузеппе Бальзамо", также представляют зрелое творчество Александра Дюма. Если верить современникам, своим замыслом роман "Джузеппе Бальзамо", и, соответственно, вся серия обязаны случайным обстоятельствам. Газета "Пресс" начала печатать "Мемуары графа Калиостро" в переводе литератора Куршана, объявившего, что в его распоряжении находится подлинная итальянская рукопись.

lennox: Andre пишет: Строго говоря, циклом в полном смысле слова является именно третий: входящие в него произведения образуют единое, нераздельное целое, они малопонятны одно без другого, тесно связаны сквозными персонажами. Тут с автором статьи можно поспорить. Конечно, "цикл Валуа" и впрямь довольно условен. Во всяком случае, "Графиню Монсоро" можно спокойно читать без предшествующей "Королевы Марго" (помнится, в первый раз я так и читал). А вот "Дарт" - это однозначно полноценный цикл. Что же касается цикла "Мария-Антуанетта", то первый раз я начал читать его с "Ожерелья" (так уж склалось). И в общем-то тоже было впечатление вполне самостоятельного произведения. Разве что за исключением тех глав, где Бальзамо приходит в сожженный дом и предается воспоминаниям о Лоренце.

Andre: Однако после выхода в свет первых выпусков соперничавшая с "Пресс" газета "Насьональ" заявила, чточитателю предложили уже ранее опубликованное апокрифическое сочинение, заменив в нем лишь имена упоминаемых лиц. Дело было передано в суд, Куршана признали виновным в плагиате, издатель же же "Пресс", не желая отказываться от идеи дать материал о Калиостро, обратился к Дюма, и писатель, хотя уже обещал разным газетам четыре романа, ответил согласием. Он прочитал все, что мог найти о Калиостро, и был буквально околдован фигурой этого искателя приключений XVIII века. Биография знаменитого мистификатора привлекла его возможностью создать на ее основе не только захватывающее историческое повествование, но также изложить в художественнной форме свои взгляды относительно гипноза, месмеризма и тому подобных явлений, изучение которых тогда только начиналось и которые рассматривались большинством ученых как шарлатанские трюки. Дюма настолько погрузился в изучение личности своего героя, что, проверяя его опыты, начал экспериментировать на себе и обнаружил, что обладает немалой гипнотической силой: может погрузить в сон двух или даже трех человек. Затем, как рассказывает Дюма в своих книгах "Мои записки" и "Разговоры об искусстве и кухне", ему удалось достичь результатов не менее впечатляющих, чем самому Бальзамо-Калиостро: он развил в себе способность погружать людей в транс, почувствовал, что обладает внутренним видением и таинственным вторым зрением, обрел невосприимчивость к боли, то есть пришел ко всему тому, о чем повествуется в главах "Тело и дух" и "Дух и тело" в романе "Джузеппе Бальзамо". Успех этих экспериментов побудил Дюма подойти к Бальзамо не как к авантюристу и шарлатану, а как к существу высшего порядка, открывшему эликсир жизни, держащему в руках интриги исторических событий и направляющему действия их участников. Более того, фигура Калиостро приобрела у Дюма символический смысл: она как бы воплотила историческую судьбу, неизбежность поступательных движений истории. Но не менее символичны и другие пресонажи цикла: если холодная и надменная Андре де Таверне (будущая графиня де Шарни) олицетворяет собой старорежимное общество, то крестьянский сын Жильбер, поклонник Руссо, верящий в природное равенство людей и овладевший Андре силой после того, как не смог взять ее ни силой своего чувства, ни состраданием, символизирует новую Францию; Жан-Жак Руссо представляет свободу и равенство в теории, Жан-Поль Марат - на практике. Естественно,что Дюма, мастер авантюрно-исторических романов, подошел к истории Франции конца XVIII века не с позиции ученого историка, социолога или философа. Как и в остальных своих книгах, передавая в целом верно совокупность исторический событий, он в то же время использует их в качестве канвы, позволяющей создать яркое, красочное повествование. Писатель позволяет себе известные вольности в изложении последовательности исторических фактов и освещении их причинности. Своеобразна у Дюма не только трактовка личности Джузеппе Бальзамо; не всякий читатель сможет принять, скажем, характеристику королевы Марии-Антуанетты. Однако предъявлять Александру Дюма счет за погрешности против истины довольно бессмысленно, ибо они вполне допустимы в рамках того жанра "исторического детектива", создателем и классиком которого является Дюма. Цель писателя не только воскрешение прошлого, сколько конструирование на его материале искусно построенного, интригующего сюжета.

lennox: Интересная статья. Очень хотелось бы почитать какие-нибудь исследования по "циклу Марии-Антуанетты", узнать кто был прототипом тех или иных героев. Ну, например, понятно, что Шарни - это Аксель Ферзен. А вот Андре? Это полностью вымышленный персонаж или?.. К сожалению, ничего найти не удалось (во всяком случае на русском). Есть, конечно, прекрасная книга Цвейга "Мария-Антуанетта", но все же это не совсем то...

Andre: Увы, информации совсем нет... На французском cайте dumaspere.com пишут, что было семейство Фаверне, но и там тоже только вопросы "Мария-Антуанетта"- интересная книга, исторический роман. Еще есть "Записки Сансона" (довольно известные мемуары)- там рассказывается о деле с ожерельем, о том времени, о революции.

VESNA: Но все же цикл лучше читать целиком, чтобы было полное представление как меняются герои со временем. Да и само время не стоит на месте.

Andre: Перечитываю Бальзамо. Такая смешная графиня де Беарн! "Вне всякого сомнения, она смогла бы лучше любого прокурора, адвоката и судебного исполнителя вести тяжбу, вызывать в суд, защищать, привести приговор в исполнение. Но она была урожденная Беарн, и это имя во многом служило ей препятствием.Из-за него она страдала и томилась. подобно Ахиллу, укрывшемуся в своей палатке и терзавшемуся призвуках боевого рожка, делая вид, что не слышит его; нацепив на нос очки, графиня де Беарн весь день напролет просиживала над старыми грамотами, а по ночам, завернувшись в халат из персидского шелка, произносила речи,расхаживая с развевавшимися по ветру седыми волосами перед своей подушкой, и отстаивала свое право на спорное наследство с таким красноречием, которогго только и могла пожелать своему адвокату." Немного напоминает тетку Анжелику. Одна - старая сутяжница, другая - старая скряга. Комические персонажи, одним словом!

Andre: Jennie, Не знаете ли Вы, кто были прототипами семейства де Таверне?

lennox: Спору нет, персонаж яркий. Собственно, в этой тетралогии много ярких персонажей. Но проблема в том, что не хватает той самой главной жемчужины: героя или героини, на котором (на которой)держалось бы все действие. И еще не хватает конфликта двух личностей - не на жизнь а насмерть, как в Мушкетерах. Увы.

Iren: lennox пишет: Собственно, в этой тетралогии много ярких персонажей. Но проблема в том, что не хватает той самой главной жемчужины: героя или героини, на котором (на которой)держалось бы все действие. И еще не хватает конфликта двух личностей - не на жизнь а насмерть, как в Мушкетерах. Увы. Согласна... Обидно, конечно, что это произведение не заслужило токой всенародной любви, как те же самые ТМ...

Andre: Безумно обидно... Оно вообще малоизвестно. В тетралогии описана революционная эпоха. На фоне ярких исторических событий предстают различные люди - от королей и до простого народа. Много колоритных персонажей, но все они живут своей жизнью, их не объединяет такая дружба, как у мушкетеров, и конфликтов действительно немного. Может быть. больше внимания приходится на долю истории? Быть может, главное действующее лицо - история Франции ( как и в Королеве Марго, Графине де Монсоро,Сорока Пяти)? Однако, несмотря ни на что, психология и характеры героев прописаны очень тщательно, внимательно, интересно; кажется, что это абсолютно реальные люди, ожившие под пером талантливого романиста, они запоминаются, сильно цепляются за душу, заставляя волноваться, переживать и размышлять над многими проблемами. В романе отражены история и философия конца XVIII века - наука и алхимия - пережиток средневековья с его бесконечными поисками философского камня и эликсира бессмертия, месмеризм, тайные общества, масоны, готовившие в течение многих лет пожар, именующийся Великой французской революцией, смутные идеи, носившиеся в воздухе в век Просвещения, предрассудки, сословное общество, королевский двор, фаворитки, придворная жизнь, которые навсегда канули в Лету истории. Таким образом нам показана панорама прошлого. Книга очаровывает, читается на одном дыхании, но она трагическая по сути. Закат целой эпохи, разрушение старой системы ценностей, грозная революция с ее жестокостью, коренной переворот всего устоявшегося миропорядка - это не может не отражаться на судьбе героев, которые гибнут один за другим в этом бурлящем водовороте, перемалывающем все и вся (символ революции - неумолимая гильотина), которые уносятся ураганным ветром, который никого не щадит... Их время прошло, наступает новая реальность, в которой им нет места. Драматизм происходящих событий не позволяет остаться равнодушным. Задевает за живое.

lennox: В России этой тетралогии не повезло еще и потому, что в советские времена она практически не издавалась. Слишком уж не совпадали взгляды Дюма на французскую революцию с советскими взглядами. А французская революция, это вам не эпоха Ришелье и Анны Австрийской, тут для советского агитпропа все было куда серьезнее. Идеологических поблажек не делалось. Однако вынужден признать, что по накалу повествования, сложности интриги, обилию ярких персонажей лишь "Ожерелье королевы" и чуть в меньшей степени "Бальзамо" сравнимы с лучшими романами Дюма. Два последних романа тетралогии слабее. Но это, разумеется, только мое ИМХО.

Andre: Последние 100 лет тетралогия не переиздавалась. lennox пишет: А французская революция, это вам не эпоха Ришелье и Анны Австрийской, тут для советского агитпропа все было куда серьезнее Существует мнение, что революция в России - это зеркальное отражение французской революции. То же самое, но наоборот. http://www.aif.ru/online/aif/1341/39_01 - интересная статья была в Аргументах и фактах. История снова повторяется.

Andre: http://www.philology.ru/literature3/litvinenko-98.htm - интересная научная статья о революции у Дюма

Andre: Перечитываю Бальзамо, Ожерелье, Анж Питу. Так быстро читается! Осталась последняя часть. Книги (особенно первая) просто пропитаны философией. Сижу и выписываю интересные мысли. Их довольно много. Кстати, после этих книг у меня, кажется, появился интерес к философии, медицине, психологии и истории Франции. При чтении так сочувствую героям, ставшим такими родными, что, кажется, сейчас заплачу, разрыдаюсь. Показалось, что Филипп и Андре очень похожи - родственные души, благородные... Лоренцу жалко... при первом прочтении от ее смерти у меня был шок... каким мертвым стал Бальзамо после ее смерти (но на самом деле ничего этого не было - Лоренца была женой Бальзамо и помогала ему в его авантюрных планах). Жильбер - как просто он оправдал себя - обвиняет во всем других, в частности, идеи Руссо - но ведь надо своей головой думать, отдавать себе отчет в своих поступках и мыслях. С другой стороны, какова ответственность подобных идей - часто всякое зло получает начало в мыслях (зловещая французская революция началась с идей, которые всколыхнули страну, приведя к пожару). Еще показалось интересным, как описаны переходы психических состояний, например, про Руссо: "Прием, оказанный ему,совершенно противоречил его ожиданиям. Он вообразил, что его тутобступят, что придворные пуще парижан начнут долевать его назойливым и явным любопытством, он боялся вопросов, знакомств, и что же? Никто не обращал на него внимания". Гордый, он оделся нарочито небрежно, рассчитывая этим выразить презрени к роскоши двора - и он почувствовал себя ничтожным среди этой роскоши. Андре, ненавидевшая ребенка - и как она страдала, когда этого ребенка у нее украли - так исполнилась ее молитва, вызванная отчаянием. Многие герои романа обладают сильно развитой интуицией - они предчувствуют, что им что-то грозит. Счастье Бальзамо- недолговечно, и он боялся, что его слишком много выпало на его долю, и все предчувствия оправдались. Барон Таверне - а вот его гнусные надежды не оправдались. Он с горечью говорит Филиппу: "Когда вы напишете философский трактат, я разрешаю вам назвать его вашим именем". Промелькнула такая мысль - можно ли его оправдать? Эту мерзкую личность, не имеющую ни чести, ни совести, и надеющуюся, что их нет и у других, живущему только ради выгоды и денег, которые он промотал и желающему поправить свое положение всякими подлыми способами? Нет, безнравственность не имеет оправдания. Обращает внимание на себя речь героев - изысканная, литературная, благородная. Хотя такая речь во всех старинных книгах.

VESNA: Сложнее всего перечитывать Графиню де Шарни - вот где начинается настоящая жесть!!!! Но я всё-же перечитала.

Сергей: Интересно, а что Вы думаете по поводу Жильбера, Бийо и Калиостро- которые наворотили дел во Франции и в самый опасный момент для всех французов (начало террора) уехали в Америку! Где же их пресловутый патриотизм???? Почему не остались со своей любимой отчизной??? как то получается странно?

VESNA: Ну это из серии: Что ж мы натворили? Мы не этого хотели!!! Хотели как лучше, а получилось как всегда

Andree: Разве они уехали в Америку? Калиостро в революционные годы не был во Франции - в 1791 году как "ересиарх, маг-обманщик и франкмасон" был приговорен римской инквизицией к смертной казни, замененной пожизненным заключением в замке Святого Ангела, где и скончался. Бийо слушался Жильбера - тот для него авторитет, уговаривавший его остаться в Париже помогать революции вместо того, чтобы уехать пахать поля. Относительно себя Жильбер говорил, что придет и его черед умереть во время революции. Все эти революционеры знали, что революция стоит жертв, что погибнут люди - и это их не беспокоило. Дешево ценилась человеческая жизнь.

Antoinette: Andree пишет: Разве они уехали в Америку? Andree, Вы дочитали "Графиню де Шарни" до конца? В главе "Совет Калиостро" все трое уезжают в Америку. Там же объясняются причины, по которым они покинули Францию.

Andree: Не все помню и собираюсь в ближайшее время перечитать. Пойду завтра в библиотеку...

Andree: Поход в библиотеку состоялся. Буду завтра читать в Летнем саду - устранять пробелы в памяти...

VESNA: Ну да, уехать они собирались-это точно. Всё же гильотина не самое приятное место...

Andree: А что вы думаете о характере Себастьена?



полная версия страницы