Форум » Общий форум по Дюма » Путешествия Дюма по России » Ответить

Путешествия Дюма по России

Евгения: Когда, где, ... и к каким литературным последствиям это привело.

Ответов - 118, стр: 1 2 3 4 All

Та что под маской: Примечание модератора: этот и два следующих поста перенесены из обсуждения мушкетерской трилогии. Очень много лет назад, по радио слышала передачу, рассказ о том ,что когда А.Дюма приезжал в Россию,то после прибывания и общения с русской аристократией , его впечатления выплеснулись на страницы его романа "Учитель фехтования" и некоторые другие произведения. LS пишет: Возможно ли предположить, что действительно и русские дворяне стали прототипами героев его произведений ?И возможно даже самых известных?

Стелла: Дюма был в России после трилогии. Владимир Ишечкин. www.proza.ru/2010/01/29/899 Это перевод Путешествия Александра Дюма из Парижа в Астрахань.

Та что под маской: Стелла пишет: Дюма был в России после трилогии. Да,конечно ,жаль что эта тема,помещена только в разделе трилогии , меня этот вопрос интересует вообще и давно.Может кто-то выложит материал.

anemonic: Некоторые литературные последствия этого путешествия можно посмотреть в биографии Дюма, которые я уже указывал.

Та что под маской: Спасибо за вынос темы Вспомнилось следующее.В Радиопередача в конце 80-х называлась "Почтовый дилижанс или в стране литературных героев", так вот там рассказывалось об общении А.Дюма с декабристами.Самое интерсное в ней было то ,что в передаче были вставки театрализованных диалогов самого А.Дюма с прототипами своих романов и его общения с русскими.Очень хочу найти эту запись может есть в архивах , передача очень мне тогда показалась интересной,поскольку там были озвучены любопытные факты.

Та что под маской: Вот кстати нашла сайт ,где после выбора фамили писателя, вы найдете выложеные и радиопостановки спектаклей по его произведениям и мюзиклы ,но самое главное там есть озвученное "Путевые впечатления о России" самого А.Дюма click here

Вольер: Книгу путевых впечатлений Дюма "В России" взялся читать с небольшой долей скептицизма, но результат превзошёл мои ожидания. Дюма-историк никак не уступает Дюма-романисту, ибо их связывает Дюма-рассказчик. Нет второго такого писателя, который бы мог настолько увлекательно повествовать об исторических событиях. Вроде бы неплохо знакомый, как мне казалось, с историей России, я узнал много нового, причём информация залетает в мозг непринуждённо, но в то же время основательно, благодаря фирменному ироничному-точному стилю автора. Отдельное спасибо издательству Арт-Бизнес-Центр за комментарии, не уступающие свои объёмом основному тексту. В итоге два тома путевых впечатлений Дюма с комментариями выступили катализатором к прочтению пары десятков сопутствующих трудов и мемуаров по истории не только России. )

Стелла: Вольер ,я тоже совсем недавно перечитала ,а правильнее будет сказать ,что по новому увидела историю России глазами Мэтра.И согласна с вами -то ,что не удерживалось в ней не смотря на школу и прочитанные книги -Дюма сумел запечатлеть намертво. По забавному совпадению, у нас демонстрировался старый фильм-Дюма на Кавказе. Смотреть начала его с середины .поэтому ничего определенного .кроме того .что фильм очень добрый и лиричный (как старые грузинские фильмы )сказать не могу. Но радует ,уже самим фактом своего существования.

anemonic: Смотрите подписку на рассылаемые "вкусности", там вы сможете ознакомиться с этим путешествием.

anemonic: Издательство Арт-Бизнес-Центр выпустило продолжение путешествий "Кавказ" в двух томах. Как только приобрету эту книгу постараюсь в кратчайшие сроки поместить ее во "вкусности".

anemonic: Получил сегодня двухтомник "Кавказа". Завтра беру его в работу; ожидайте его появление во "вкусностях". Если есть заинтересованные дюманы, то могу сообщить, что издательство Арт-Бизнес-Центр собирается продолжить наиболее полное издание произведений нашего всеми любимого и уважаемого автора. В последующие тома намерены включить: 77. Две недели на Синае; Жиль Блас в Калифорнии 78. Галлия и Франция; Письма из Санкт-Петербурга 79. Жанна д'Арк; Карл Смелый 80. Генрих IV; Людовик XIII и Ришелье 81. Людовик XIV и его век, ч. 1 82. Людовик XIV и его век, ч. 2 83. Регентство; Людовик XV

anemonic: Закончил работу над книгой "Кавказ". Рассылка во "вкусностях".

david: "Le Caucase" ("Кавказ") - продолжение "От Парижа до Астрахани". Путешествие Дюма по Кавказу продолжалось со 2.10.1858 до 13.2.1859. Специально для публикации путевых заметок был создан журнал "Le Caucase" (16.4-15.5.1859, 30 выпусков по 8 страниц). Вот первые восемь номеров этого журнала

Сент-Эрмин: С большим интересом прочел книги "В России" и "Кавказ" и сделал для себя вывод что Дюма был неплохим провидцем. В книге "В России" он пишет о тлеющем недовольстве в народе и о том что русская аристократия пойдет вскоре за французской в тар-тарары. В книге "Кавказ" он предсказывает развал Российской империи на 4 части: Северную со столицей в Петербурге; Западную - со столицей в Варшаве; Южную - которая будет включать в себя Кавказ и Восточную - т.е. Сибирь.

LS: Сент-Эрмин пишет: В книге "В России" он пишет о тлеющем недовольстве в народе и о том что русская аристократия пойдет вскоре за французской в тар-тарары. Переводчики Циммермана использовали для этого фрагмента оборот "ко всем чертям". :)

Стелла: И после этого еще кто-то принимает Дюма за несерьезного писателя.

Вольер: Попытаюсь сделать краткое географическое описание путешествия Дюма по России и Кавказу, по возможности снабжённое картами и иллюстрациями. Скрытой целью данного опуса является привлечение внимания дюманов к этим прекрасным путевым впечатлениям писателя, текст которых любой желающий может свободно получить в разделе Подписка на рассылаемые "вкусности". Примечания от издательства «Арт-Бизнес-Центр», объём которых практически равен тексту самих «Путевых впечатлений» заслуживают отдельной похвалы и порадуют любознательного читателя. Итак, Дюма прибыл в Санкт-Петербург через Кронштадт, где пересел с большого почтового парохода «Владимир» (списан в 1893 г., не сохранился) на маленькое пассажирское судно, которое и доставило писателя к пристани у Николаевского моста во второй половине июня 1858 г. (точную дату, кстати, мне не удалось установить – есть поле деятельности для фанатов). Вот как выглядел тогда Николаевский мост, открытый всего за восемь лет до прибытия Дюма. Дальнейший маршрут первых шагов Дюма на российской земле (в экипаже): по набережной мимо дома Лаваль-Монморанси (Английская набережная), направо к Исакиевской площади, по Миллионной улице к Марсову полю, налево через Суворовскую площадь (куда был перенесён к тому времени памятник полководцу) и мимо Летнего сада по набережной до Деревянного (ныне Литейного) моста. Дюма нигде по дороге не останавливается, но его цепкий взгляд фиксирует все достопримечательности (дворец, сенат, Исакиевский собор и т.п.) «Здесь я уже мог ориентироваться, хотя никогда прежде не бывал в Санкт-Петербурге; но я основательно изучил этот город именно потому, что мне не доводилось сюда приезжать.» Далее, вместе с Дюма проследуем по Арсенальной набережной (мимоходом отмечено «огромное кирпичное» здание Арсенала). Ещё чуть более версты и, наконец, мы у цели - загородный дом Безбородко служил пристанищем для Дюма на весь срок его пребывания в СПб (напротив высится «восхитительный Смольный монастырь»). На карте вы можете проследить первый маршрут Дюма по городу. Дача Кушелева-Безбородко (или в просторечии «дом со львами») находится на правом берегу Невы, напротив Смольного. Точный современный адрес - Свердловская набережная, дом 40. Это в районе Полюстрово, знаменитом своими минеральными водами – их разливали и пользовали непосредственно на территории огромного английского парка, окружавшего дачу, или, скорее, дворец. Так что Дюма, можно считать, приехал «на воды в Форж». ) Этот памятник архитектуры достаточно хорошо известен, историю его пересказывать не буду. Замечу лишь, что большая часть построек, с восторгом описываемая Дюма, ещё не совсем привыкшему к роскоши русских набобов, сгорела во время пожара 1868 года. «Мы остановились перед большой виллой, два крыла которой полукругом отходили от главного корпуса. На ступеньках подъезда выстроились слуги графа в парадных ливреях. Граф и графиня вышли из кареты, и началось целование рук. Потом поднялись по лестнице на второй этаж в церковь.< …> Мои апартаменты были устроены на первом этаже и выходили в сад. Они примыкали к большому прекрасному залу, используемому как театр, и состояли из прихожей, маленького салона, бильярдной, спальни для Муане и меня. После завтрака я отправился на балкон. Передо мной открылся чудесный вид – к реке от набережной спускаются большие гранитные лестницы, над которыми воздвигнут шест футов пятьдесят высотой. На вершине шеста развевается знамя с графским гербом. Это – пристань графа…» Лишь основное здание и знаменитая ограда «со львами» уцелели с того времени. На них и посмотрим. Судьба памятников архитектуры во Франции и России зачастую похожи: кто только не находил приюта в многострадальном здании: от пивзавода до инфекционной больницы. Сейчас, к сожалению, этот объект был продан городскими властями в собственность сомнительным инвесторам, и его дальнейшая судьба сокрыта в тумане. Стать культурно-деловым центром – жалкая участь для дома, который помнит Тургенева, Виардо, Римского-Корсакова, Бородина, Григорьева, Крестовского, Писемского, А.К.Толстого, Григоровича, Гончарова и, самое главное, Дюма. ) Продолжение по мере сил последует

david: Вольер пишет: точную дату, кстати, мне не удалось установить 23 или 24 июня (из "Словаря" К.Шоппа)

Вольер: david пишет: 23 или 24 июня (из "Словаря" К.Шоппа) В том-то и дело, что разные источники называют разные даты. Дополнительную путаницу вносит ещё летоисчисление "по старому и новому стилю". Мне встречались 11 июня, 22, 23, 24 июня и даже июль. ) Последнее - явная ошибка, а вот с "июньской" датой определиться, исходя только из текста самих "Путевых впечатлений", невозможно. Быть может, надо смотреть в "Письмах из Санкт-Петербурга", а ими я не располагаю. Тем не менее, спасибо за уточнение. Шопп - это авторитет. )

david: Вольер Навскидку, в "Письмах из Санкт-Петербурга" вообще не обнаружил никаких временных отсылок. Возможно, требуется более внимательное прочтение...

Вольер: На следующее утро Дюма на дрожках возвращается на Деревянный (Литейный) мост и любуется видом на Петропавловскую крепость. Прекрасный вид, особенно если учесть, что Троицкого моста тогда ещё не было и он не мешал обозрению. Вот как это выглядело в XIX веке и сейчас: С завидным постоянством Дюма повторяет вчерашний маршрут, но только в обратном порядке. Перейдя по Деревянному (Литейному) мосту на левый берег Невы, он движется по набережной, рассказывает историю Горбатого (Прачечного) моста через Фонтанку и воздаёт должное Летнему Саду, отмечая, однако, нелепость расставленных там скульптур. Набережная Летнего сада Гуляющие в Летнем саду: В Летнем Саду он осматривает Летний дворец Петра I (как видно по современной фотографии, «колор» реставраторам не удался) и стоящий неподалёку памятник баснописцу Крылову (собрату Лафонтена по растаскиванию наследства Эзопа), а потом направляется к памятнику Суворову. Картой этого участка пути может служить вчерашняя, с той лишь разницей, что путь был проделан в обратном направлении – от загородной усадьбы Кушелева-Безбородко (Полюстрово в то время находилось за чертой города) до площади Суворова.

Вольер: У памятника Суворову, подтверждая тезис о том, что мир тесен, Дюма встречает старого доброго приятеля – художника по фамилии Бланшар, что приводит к следующим последствиям: друзья отправились на дрожках в мастерскую Бланшара (Малая Морская улица) изучать его рисунки, а затем в дом Вонлярлярского на углу Английской набережной и Благовещенской площади (сейчас площадь Труда – дом 36/2), в котором на тот момент находилась резиденция герцога де Осуны, посла Испании в России (знакомого Дюма по Испании). Интерьеры этого известнейшего памятника архитектуры в то время выглядели примерно так: Возможно, по этой лестнице Дюма и поднялся, после чего вручил свою визитную карточку чучелу медведя в передней за отсутствием самого посла и поспешил на Невский к книготорговцу Дюфуру (чьим клиентом в своё время был, между прочим, Пушкин), за книгами, откуда он черпал свои знания о России и не только. Полагаю, что результатом этого визита были многие исторические подробности, искусно поданные читателям гарниром к основному блюду путевых впечатлений. Лавка Дюфура находилась по адресу Невский пр-т, д. 20, здание Голландской церкви, на втором этаже. Вот виды этого известного дома в XIX веке и в нынешнее время: Если раньше здесь был центр голландской (а позже и французской) общины Санкт-Петербурга (за 20 лет до приезда Дюма тут квартировал небезызвестный барон Геккерен), регулярно проходили выставки-продажи художников (через 13 лет после приезда Дюма фурор произвела картина Репина «Бурлаки на Волге»), то сегодня питерцы знают этот дом, как «Сабвэй» на Невском, что печально, при всём уважении к «Сабвэю». Положительно, второй день пребывания Дюма в России можно назвать «днём встреч». ) У Дюфура лежит записка от Женни Фалькон - прекрасно знакомой писателю французской актрисы, променявшей подмостки Парижа на положение гражданской жены российского олигарха Нарышкина. Но не будем злословить на её счёт, поскольку во многом именно благодаря Нарышкину (а значит и Жанни Фалькон) состоялось дальнейшее путешествие Дюма. Желания путешествовать у знаменитого писателя всегда было хоть отбавляй, но редко когда находились деньги, способные обеспечить столь фантастические мечты. В России счастливая комбинация наконец выпала: русская аристократия, в отличии от французской, не ограничивалась приглашением Дюма на приёмы и ужины с обязательным нацеплением столь любимых им орденов, но и удовлетворяла его прихоти по части путешествий. Почувствовав, что уже поймал птицу удачи за хвост, Дюма едет на Михайловскую площадь (ныне площадь Искусств) и врывается к Нарышкину (а скорее всего не к Нарышкину, а к Женни Фалькон, поскольку именно для неё Дмитрий Нарышкин снимал эту квартиру). Там он благосклонно принимает приглашение погостить в Москве, понимая, что контуры будущего путешествия вырисовываются на заглядение. После столь удачного визита Дюма где-то неподалеку меняет деньги у скопца и описывает Знаменскую церковь у Московского вокзала, разрушенную в 1941 г., напротив которой происходили богослужения упомянутой секты, причём непонятно, был ли в тех местах Дюма лично или нет. Поскольку церкви уже не существует, уместно привести её изображение конца XIX века. В следующей главе подробно описывается Красный дворец (он же Михайловский, позже Инженерный, ныне филиал Русского музея). Поскольку он находится совсем рядом с квартирой Женни Фалькон, на нынешней площади Искусств, допускаю, что Дюма мог любоваться дворцом сразу же после визита к Фалькон-Нарышкиным. ) Фотографий приводить не буду, объект достаточно известен. Обязательно почитайте те пару глав, что отводит ему Дюма вместе с императором Павлом в качестве главного героя. Итак, обозначим на современной карте Санкт-Петербурга места, удостоившиеся внимания Дюма во второй день его пребывания в России: 1 – Деревянный (Литейный) мост, 2 – Летний сад и Летний дворец Петра, 3 – площадь Суворова, 4 – Малая Морская улица (квартира художника Бланшара), 5 - дом Вонлярлярского (герцог де Осуна), 6- Невский, дом 20 (книготорговец Дюфур), 7 – квартира Женни Фалькон на Михайловской площади и, возможно, Красный дворец там же. Заметим сразу, пока мы ещё не уехали далеко от начала путешествия, что Дюма не хронолог и отследить его точные перемещения иногда бывает весьма затруднительно, что объясняется отнюдь не забывчивостью или неаккуратностью писателя, а скорее его чувством такта и нежеланием компрометировать некоторых дам в глазах читателей (хотя наверняка находились и другие объективные причины, по которым из его путевых впечатлений выпадали целые дни).

Вольер: Свой третий день в России Дюма посвятил осмотру Троицко-Петровского собора, домика Петра I и местной Бастилии, то бишь Петропавловской крепости. Про Троицко-Петровский собор (крупнейший в Санкт-Петербурге после Исаакиевского) мы узнаём со слов Дюма, что он не имеет особой художественной ценности, только историческую, но проверить этого никак нельзя, ибо он был снесён в 1933 году. Остаётся утешиться тем, что в Париже в своё время было снесено не меньше исторических памятников и посмотреть на то, как он выглядел: Собор находился непосредственно на Троицкой площади, домик Петра и Петропавловская крепость – соответственно справа и слева от него, если стоять спиной к Неве. Домик Петра к тому моменту уже 14 лет был защищён каменным футляром и выглядел тогда так: Дюма уделил ему всего полторы страницы. Ну и правильно, подобных домиков Петр I «понастроил» почти с десяток: от Заандама в Голландии до Вологды. Что и говорить, работящий был царь. )) Зато Петропавловской крепости с её леденящими душу тайнами досталось минимум три главы, с попутными экскурсами в тёмные глубины отечественной истории ещё глав на пять и финишной прямой в виде восстания декабристов. Так что про крепость я ничего говорить не буду: лучше читайте Дюма. ) А сам знаменитый романист тем временем отправился через Исаакиевский мост на Михайловскую площадь – обедать. Причём, как я понимаю, он ограничился лишь внешним осмотром крепости, обойдя её кругом: Исаакиевский наплавной мост наводился ежегодно между современными Дворцовым и Благовещенским мостами, ближе к Дворцовому в то время, поскольку уже был построен Николаевский (Благовещенский). Вот как выглядело это сгоревшее в 1916 году и более не наводившееся плашкоутное чудо в 1836 году с видом на Адмиралтейство: Итак, Дюма обедает у Женни Фалькон (и, возможно, Дмитрия Нарышкина) на Михайловской площади (площадь Искусств сейчас) и что он делал во второй половине дня, нам доподлинно неизвестно. Возможно, штудировал книги Дюфура, а, быть может, потратил своё время каким-либо иным способом. ) Продолжение следует

LS: Спасибо, очень интересно читать. :) По ходу дела возник вопрос про Дюфура. Дюфур и Мюла - книгоиздатели самого Дюма. Не известно, имел ли к ним какое-то отношение питерский Дюфур?

david: LS "С ходу" ничего не определяется: 1. есть упоминания о "придворной книжной лавке Белиазара и Дюфура" в С.Петербурге 2. Жан Луи-Проспер Дюфур (1805-1870), издатель, работал не только с Мюла, но и с Фелленс'ом, .... Кстати, родился в Montbrehain, неподалеку от Вилле-Коттрэ (тот же департамент Aisne) Надеюсь, Вольер сумеет прояснить вопрос...

Вольер: В примечаниях издания "Арт-Бизнес-Центра" указано: "Дюфур, Селим Франсуа (1799-1872) - французский предприниматель, придворный книгопродавец в Санкт-Петербурге; с 1830-х гг. совладелец издательства "Беллизар, Дюфур и К", имевшего отделения в Санкт-Петербурге, Париже и Лондоне; с 1854 г. один из собственников парижского музыкального издательства "Брандус и Дюфур"; директор французского музыкального еженедельника "Revue et Gazette musicale de Paris" Так что, полагаю, Селим Франсуа и Жан Луи-Проспер просто однофамильцы. Селим-Франсуа подвизался явно на околомузыкальном поприще. В тексте Дюма называет питерского Дюфура просто "соотечественником" и не упоминает о каких-либо связях с ним до того. Кстати, кажется, разрешился вопрос с датой приезда Дюма в Россию. Переводчики и составители комментариев "Арт-Бизнес-Центра" производили выверку непонятных мест и топонимов с помощью дневника Дюма, коим мы не располагаем. И в комментариях уже к "Кавказу" в качестве точной даты прибытия вполне определённо упоминается 23 июня. Герр Шопп оказался прав. )

Вольер: Некое утро (четвёртого дня?) начинается для Дюма завтраком в кафе, которое располагается в Пассаже на Невском. Чуть ранее писатель уже высказывал сожаление, что пассаж в СПб только один, но, как мне кажется, он был не против, что начинаясь на Невском проспекте, другой своей стороной это изобретение парижских торговцев выходило как раз на Михайловскую площадь, что позволяет нам предположить о гостеприимстве, оказанном Дюма конечно же Дмитрием Нарышкиным и Женни Фалькон. В кафе Пассажа можно позавтракать и в XXI веке. Но нас больше интересует, как он выглядел тогда: А причиной завтрака в кафе была назначенная здесь встреча с человеком, который с разрешения «начальника полиции» позволил Дюма осмотреть тюрьму между Гороховой и Успенской улицами. Дюма немного напутал с названиями, так как Успенской улицы на тот момент в Санкт-Петербурге не было. Учитывая упоминание Гороховой улицы и фразу «…мы добрались туда за одну минуту», стараниями составителей примечаний к «Путевым впечатлениям» находим искомую тюрьму на пересечении Офицерской (ныне улица Декабристов) и Крюкова канала. Это здание так называемого Литовского замка, сожженного в 1917 (руины были убраны в 1930). Название «Литовский» происходит из-за когда-то квартировавшего здесь Литовского мушкетёрского полка. Возможно, мушкетёрское прошлое нынешней тюрьмы и послужило причиной выбора полицейскими властями именно этого объекта для предоставления вниманию Дюма. Иногда его называли Семибашенным замком из-за проекта перестройки старого загородного дома Елагина в виде двухэтажного пятиугольника с семью круглыми башнями и церковью во внутреннем дворе. Тюрьмой он служил с 1823 года и разделил судьбу Бастилии, вплоть до того, что заключённые были освобождены матросами и солдатами, пополнив их ряды. )) После разбора развалин, уже в тридцатых годах XX века на этом месте выстроили большой жилой дом для рабочих Адмиралтейского завода. Рядом, тоже практически на территории бывшего Литовского замка находится отделение милиции-полиции, такая вот ирония судьбы. Вот документальное свидетельство того, что питерские санкюлоты с Коломны не уступают своим парижским собратьям из предместья Сент-Антуан (фото 1917 года): Насладившись русским вариантом Шатле (всё-таки, учитывая сословный характер большинства заключённых, Литовский замок лучше сравнивать с Шатле, а не с Бастилией; Бастилия – это Петропавловка), Дюма возвращается в загородную резиденцию Кушелевых-Безбородко, где застаёт Григоровича, не нуждающегося в моём представлении, и сговаривается с ним о небольшом круизе, речь о котором пойдёт ниже.

Вольер: На следующий день в восемь утра наши путешественники садятся на пароход. Надеюсь, читатель не забыл, что вилла Кушелева-Безбородко находится прямо на берегу Невы и хозяин располагал собственной пристанью. Кстати, к ней (точнее, к портику возле пристани, украшенному львами, как и ограда) можно было пройти по подземному ходу и это не легенда: ход замуровали в 1960-х, при реконструкции набережной. По свидетельству некоторых питерских диггеров, подземный ход под загородным домом Кушелева-Безбородко не один, и куда они ведут – неведомо. А вот как выглядела Нева с этой самой пристани в романтическом XIX веке (вид на Смольный): В одиннадцать утра Григорович и Дюма в компании с художником Муане уже высадились на пристани Петергофа. Оттуда, повинуясь велению желудка, отправились в ресторан «Самсон», при одноимённой гостинице, в деревянном готическом здании у входа в Верхний парк. Нынешний «Самсон» воссоздан в 2008 г., якобы по чертежам старого, сгоревшего в 1928 году. Гостиница и ресторан названы так в честь своеобразного символа Петергофа, знаменитой статуи «Самсон, раздирающий пасть льву» (то бишь Самсон - это Россия, а лев – Швеция), установленной в центральном фонтане парка. Русская кулинария, мягко говоря, не пришлась по вкусу мсье Дюма, несмотря на все старания шеф-повара и рекомендации Григоровича. Почему? Читайте и вы всё узнаете. )) Что самое интересное, на сайте самого заведения можно прочесть: «Своими гастрономическими похвалами в адрес ресторана делился в своих записях Александр Дюма.» Гм-гм. ))) Если считать такой похвалой слова: «Мы выражали неудовольствие по поводу каждого блюда, которое нам подавали…», то значит всё правильно. В современном «Самсоне», как я думаю, вы можете повторить опыт Дюма (дабы не ошибиться, я предварительно почитал отзывы), ибо все отечественные рестораны приблизительно одинаковы, а уровень ресторанного сервиса в России, не будучи идеальным в XIX веке, неуклонно падал, достигнув к настоящему моменту своего дна. Иллюстрировать сие заведение не будем: не хочется делать ему лишнюю рекламу. Приступив к осмотру Петергофа, Дюма делает это непредвзято, внимательно и интересно. Лично мне больше всего понравился мягкий, но справедливый упрёк в подражательности (что относится ко всему Петербургу, а не только к Петергофу), с чем я полностью согласен. Кто не видел Версаля, Фонтенбло или Виндзора, может искренне восхищаться Петергофом. Но он всего лишь компиляция упомянутых парковых комплексов (Дюма упоминает ещё Рамбуйе и Сен-Клу), не лишённая своеобразия и причастная к истории дома Романовых. Маленький смешной штрих: фонтаны не работали, но находчивый и привыкший к нашим реалиям Григорович запустил их на десять минут для важного французского гостя с помощью монетки в пятьдесят копеек. Дюма так и не понял, как это было возможно, если один запуск обходится в десятки тысяч раз дороже. )) Осмотрели Петергоф, затем на дрожках добрались до островов на Ольгином пруду (это в Колонистском парке, немного к югу от Верхнего парка). Колонистский парк очень сильно пострадал во время фашистской оккупации. Сейчас павильоны на островах отреставрированы, но теперь к ним ведут дамбы, а до революции плыли на пароме, что, согласитесь, романтичнее. Да что там рассуждать, достаточно взглянуть и каждый поймёт разницу между «тогда» и «сейчас»: И опять Григорович вместе с Дюма и Муане садятся в дрожки и едут ещё три километра на юг от Ольгиного пруда, где на двадцатиметровом Бабигонском холме находится дворец Бельведер, всего два года как построенный для пикников императорской семьи, но позже служивший для прикрытия адюльтера Александра II, о чём Дюма знать не мог. Бельведер пострадал как во время войны, так и до, и после неё, будучи домом отдыха для трудящихся, отреставрирован в 2009 г. У Дюма следует краткое описание панорамы, удивление по поводу поля, усеянного античными руинами (подарок короля Греции), которое не сохранилось, посему – иллюстрация: и - снова в дрожки – теперь уже обратно, в Нижний парк, к Монплезиру, наблюдать очередную панораму. Муане наконец-то разродился пейзажем, который мне отыскать не удалось. Наверняка у него получилось что-то вот в таком духе: Впрочем, подобных пейзажей и фотографий пруд пруди, поэтому мы лучше посмотрим на схемку перемещений Дюма по Петергофу (1- ресторан «Самсон», фонтаны, дворец, Верхний парк, 2 – Ольгин пруд, 3 - Бельведер, 4 – Монплезир), в то время как сам Дюма в компании с Григоровичем и Муане отправляется на ужин к Панаеву и Некрасову. Продолжение для всех четверых читающих подписчиков следует ))

david: Вольер пишет: всех четверых читающих Вольер! Я уверен, что "нас" - больше. И нам - хорошо и интересно!

LS: А потом ведь в будущем наш круг может расшириться. ;)



полная версия страницы